Взяв листок из рук старшего лейтенанта Рудаковой, полковник направился к генералу, но его остановил майор Коротков и тоже с листком.
— Товарищ полковник, — доложил он, — в зоне соприкосновения было шесть бортов. Три идут в Ленинград, один на Москву. На запросы не отвечают два: интересующий нас 6715 и 0342. Последний — фельдъегерский, перегон. Взлетел с аэродрома в Курске и направлялся в Ленинград. Экипаж — четыре человека. Из района поиска сообщили: очень много посылочных ящиков. Вероятнее всего, он и потерпел крушение. Наш 6715 сменил курс и идёт с крейсерской скоростью на высоте 6800 в сторону государственной границы, прямо на Стокгольм. Всё-таки угон, товарищ полковник. Теперь в этом можно не сомневаться. Хотя разговоры в кабине странные. Я думаю, тот, кто угоняет самолёт, просто заговаривает всем зубы. Или что ещё можно предположить?
Звягинцев взял из рук майора лист и, дав команду продолжать вызывать рейс 6715, направился не к генералу, а к полковнику Черкасову. Всё-таки седьмое управление КГБ, и прежде чем докладывать генералу, хотелось посоветоваться.
Игорь Васильевич, внимательно выслушав сообщение и перебрав в руках листки, сказал:
— Я доложу в Москву, а ты, Аркадий Николаевич, сообщи генералу. Но, честно говоря, слушая разговор внутри кабины, в голове не укладывается. Я понимаю, что с такой фамилией, именем и отчеством чтобы оказались две разные девушки и обе из Кишинёва — это фантастика, но, может, всё же следует перепроверить? А вдруг нам такой фортель подбросили?
— Две разные? Одна из них угоняет самолёт за границу, а другая наследила в Кишинёве и, невероятным образом, ещё и в Крыму? — скептически переспросил Звягинцев, но всё же, подозвав капитана Антонова, дал команду перепроверить сведения, полученные Рудаковой, а сам направился к генералу.
Глава 10
Странный звук заставил меня встрепенуться. То ли бормотание, то ли треск — и шёл он из наушников, которые висели у меня на шее.
Мгновенно напялив их, я едва не взвизгнула от радости. Сдержалась, чтобы не перепугать окружающих.
— 6715, вы меня слышите? Борт 6715, ответьте.
Голос был монотонным, словно робот повторял один и тот же текст.
— 6715, вы меня слышите? Борт 6715, ответьте.
— Слышу, слышу, — радостно проговорила я в микрофон, подмигнув Виталику, — я борт 6715, слышу вас хорошо. С кем я говорю? Надеюсь, не какой-то радиолюбитель? Диспетчер авиалиний или кто-то вроде него?
* * *
Все, кто находился в командно-диспетчерском пункте, оторвались от своих занятий и оглянулись на майора Короткова, который поднял руку вверх, привлекая к себе внимание.