* * *

Кеворков не поверил своим ушам. Что это вообще сейчас было? Он решил было осадить девчонку, выдав что-нибудь такое, отчего его офицеры даже дышать боялись на протяжении нескольких минут, но в этот момент в динамике раздался треск, и он полностью умолк.

— 6715, — проговорил Кеворков, — вы меня слышите? 6715? Ответьте.

Большаков снова театрально захлопал в ладоши.

— Поздравляю, Вячеслав Ервандович, вам удалось сделать то, чего не удалось мне. Она оборвала провода, не желая с вами разговаривать. Надеюсь, вам хватило этого разговора, чтобы понять, с кем вы имеете дело, и что надеяться на удачную посадку бесполезно?

В голосе Большакова было столько сарказма, что Кеворков скривился.

— Да она полная дура, — возмутился он, — как можно обрывать связь с диспетчерской и не следовать указаниям КДП?

— Ну хоть в одном мы сошлись. Я тоже предположил, что она полная дура. Так что ваше пребывание здесь совершенно бессмысленно, — кивнул Большаков, — я и сам справлюсь с ситуацией.

— А вот это не вам решать, Владимир Савельевич, — усмехнулся Кеворков, — у них, сами слышали, топлива на пятнадцать минут, а стало быть, сейчас она примет единственно правильное решение: сделает круг над аэродромом и снова зайдёт на посадку. А чтобы не случилось никаких эксцессов, я пробуду здесь до полной остановки самолёта. И почему-то мне кажется, что эта девочка справится с управлением. Вот не знаю откуда, но у меня есть такая уверенность.

— И вообще-то, — поразмыслив, заметил Кеворков, ни к кому не обращаясь, — не такая уж она и дура. Это я сгоряча так сказал.

— И от чего же у вас сложилось такое мнение? — заинтересовался Большаков. — И самолёт посадит, и не дура. А как вы тогда объясните её действия?

— Да очень просто. На борту находятся два работника Комитета государственной безопасности. Один из них, кстати, из моего отдела. И я думаю, что девушка сложила два плюс два. Или сама догадалась, или ей подсказали, что, в целом, ничего не меняет. Во-первых, с ней разговаривали не просто диспетчеры, и самолёт направили не на гражданский аэродром. А значит, понятно, что как неуправляемый борт его отслеживают, и чтобы не создать в воздухе случайного столкновения с другим бортом, небо очистили. А во-вторых, ей совершенно не понравилось, что вы, Владимир Савельевич, отключили посадочные огни, тем самым создав критическую ситуацию. Но с этим мы после будем разбираться, и не здесь, а в кабинете Юрия Владимировича. Вот там вы и выскажете своё мнение. А я уверен, не соверши вы этого, пассажиры были бы уже в безопасности. Так что причину своих действий я бы вам предложил подыскать очень аргументированную. Не забывайте, что ваш разговор мы сможем расшифровать при любом раскладе.