— В смысле? — не поняла я. — Пять минут назад ты ответил, что у нас больше пяти тонн.

— Так мы же взлетали на второй круг. У нас сейчас меньше трёх.

— Две тонны за пять минут⁈

Вот же дура Синицына. Могла и сама догадаться. Ту-154 жрёт в три раза больше «Боинга», как бешеная корова, которую после зимы впервые выпустили на лужайку. Поэтому их и списали. А на взлёте за несколько минут глотает вообще тоннами. И что тогда?

— И на какое время нам хватит? Полчаса имеем?

— На этой высоте? Нет. Пятнадцать, от силы двадцать минут.

Я обернулась к своим друзьям по несчастью.

— Внимание! Одна минута на размышление. Всем мозговой штурм, предлагать самые безумные идеи, которые лезут в голову.

— Какие идеи? — переспросила Наталья Валерьевна. — Ты вообще о чём?

— Что будем делать, если снова выключат посадочные огни. Я сама решу, чья идея была самая дурацкая.

Они дружно уставились на меня, хлопая глазами. Даже Екатерина Тихоновна просунула свою голову между креслами.

Понятно, мозговой штурм с треском провалился.

— Внимание! — раздалось в наушниках. — Говорит КДП. Борт 6715. Не придумывайте никаких идиотских идей. Делайте разворот и садитесь на полосу. Вы меня слышите? Ответьте.

Тоже голосок под шестьдесят, но уже другой. Не такой каркающий, но всё равно не внушающий доверия.

— А ты ещё кто такой? — поинтересовалась я. — Что за новый старпёр? Только не говори, что ты тоже генерал-майор, а то я обоссусь от смеха.

— 6715. С вами разговаривает генерал-майор…

Фамилию я прослушала. Заржала в полный голос, почти сложившись пополам. Штурвал не дал. Едва не врезалась в него переносицей.

— Что смешного я говорю? Вы что, не понимаете ситуации, в которой находитесь? Я помогу вам приземлиться.

— Ещё один помощничек выискался. Мне хватило предыдущего. Собралась толпа генерал-майоров, плюнуть некуда, обязательно попадёшь.

— Как вы со мной разговариваете?

— Как я с тобой разговариваю, — возмутилась я, — а как я должна с тобой разговаривать? Ласково и нежно? А не вы ли там только что едва не угробили самолёт, на котором почти двести живых душ спешат домой? И теперь требуете уважения? Ну так вот вам моё уважение: в жопу пошли все, уроды конченные! И молите Бога, чтобы мы не приземлились, потому как первое, что я сделаю после посадки: кадык вырву каждому, кто сидел в этом КДП.

Я дотянулась до скрученных проводов, при помощи которых Виталик сделал связь с землёй, и с силой их дёрнула.

Новоявленный генерал ещё что-то бубнил в микрофон, но связь оборвалась, и наступила полная тишина. Я сорвала с головы наушники и отбросила их в сторону. Всё — дальше полагаясь только на свою интуицию.