— Да там все просто, — ответил я, вписываясь в поворот. — Чаще всего это неприкаянная душа, привязанная к своему богатству страхом или жадностью. Вот имел человек страсть к накопительству, а потом внезапно умер, и остался стеречь свои богатства, чтобы их не украли. Ну, или человека приносят в жертву в ходе ритуала, чтобы создать кладовика. И тогда сокровища охраняет сильное существо, которое затаило злобу на людей и на весь мир.

Агафья поежилась, и я, заметив эту реакцию, поспешно добавил:

— Их сила зависит от количества кладоискателей, которых он отправил к на тот свет. У особо матерых бывают помощники. Кладенцы. Мелкая нечисть, но очень назойливая.

— Звучит неприятно, — поморщилась травница.

— А есть верховный кладовик, Копша, — продолжил я. — Он ведает обо всех кладах, спрятанных под землёй. Но не является охранником каждого из них. И если его попросить, Копша может указать, где спрятаны ценности.

— А взамен что? — у Агафьи проснулся интерес. — Душа, наверное?

Я усмехнулся:

— Душа ему без надобности. Он ими не питается. Взамен нужно всего лишь оставить часть добычи. Как знак благодарности щедрому богу. В общем, если сделать все правильно, то кладовика можно ограбить, — заключил я.

— А если неправильно? — уточнила травница.

— В лучшем случае — найдешь горшок с ржавыми гвоздями. В худшем — сам станешь частью этого клада. В прямом смысле.

Девушка долго молчала, глядя в окно на мокрые, потемневшие фасады.

— Ну предположим, что я соглашусь. И где мы будем искать этого кладовика?

— Для начала заедем в библиотеку, — ответил я. — Нужно узнать, где в старом городе были засыпаны поместья, сожжённые усадьбы.

«Или старые кладбища», — охотно подсказал Смутень.

— Там обычно и водятся хранители, — закончил я, не обращая внимания на высказывания фамильяра.

Машина плавно выехала на проспект и влилась в плотный поток. Я снова почувствовал движение сзади, мелькнувшее в зеркале, но на этот раз это была лишь тень: большая черная птица, промелькнувшая между фонарями. Смутень отправился на разведку. Агафья сидела рядом, глядя в окно на проплывающие фасады домов.

— А ты уверен, что кладовики вообще здесь водятся? — уточнила она после паузы.

— Это очень просто проверить. — ответил я.

Петербург за окном медленно тонул в серой мгле, фонари зажигались один за другим, будто город готовился к ночи заранее, не веря в завтрашний день. Мы проехали мимо набережной. Стоявший впереди светофор сменил сигнал на красный и я послушно затормозил.

«Опять суёшь голову в зубастую пасть судьбы, человече?» — прозвучал голос Смутеня у меня в голове.