Мое сердце упало.

— А второй? Тот, что жив? — спросил Кайл.

— Молчит, как рыба об лед. Крепкий орешек. Придется подключать Церковников, — полковник поморщился, словно от зубной боли. — Не люблю я этих фанатиков, но допрашивать культистов они умеют.

Он посмотрел на меня.

— Лейтенант Зверев. За проявленную смелость и нестандартный подход — благодарность. Но за нарушение субординации и самодеятельность… — он сделал паузу. — Получаешь внеочередной отгул на следующую смену. Отдохни, герой. Ты нам еще понадобишься. Свободны.

Он развернулся и, не прощаясь, зашагал к своей машине.

— Ну что, Зверь, — Кайл хлопнул меня по плечу. — Поздравляю. Спас девчонку и сам остался жив.

— Спасибо, Кэп, — искренне сказал я. — Без тебя…

— Мы команда, — прервал он меня. — А теперь поехали отсюда. Отсыпаться.

Адъютант полковника забрал у меня кольцо Уробороса. Я отдал его без малейшего сожаления. Эта проклятая вещь принесла мне слишком много проблем. Пусть теперь с ней разбирается ИСБ.

Я повернулся и направился к своему «Церберу», который одиноко стоял у старых ворот, на удивление целый после всей этой заварухи. Неподалеку я заметил наш черный служебный фургон, за рулем сидел Ворон. Я махнул ему приветливо рукой.

Я подошел к Кайлу. Мы молча посмотрели друг на друга секунду, а затем крепко пожали руки. Еще раз. В этом рукопожатии было все — благодарность, облегчение, товарищество.

— Береги себя, Зверев, — сказал он наконец. — И ты, кэп, — ответил я.

Я перекинул ногу через сиденье «Цербера». Рев мощного двигателя, проснувшегося подо мной, был лучшей музыкой. Впервые за эти безумные несколько дней я почувствовал невероятную легкость. Словно тяжелый груз свалился с плеч. Операция была закончена, Светлана спасена, артефакт сдан. Я был свободен.

Я включил передачу, и мотоцикл рванул с места, унося меня прочь от доков, от ИСБ, от всей этой грязи, навстречу предрассветному городу. Ветер бил в лицо, смывая усталость и напряжение.

Усталость навалится позже, когда я доберусь до своей комнаты. А пока был только рев мотора, скорость и пьянящее чувство свободы.

Первым делом после того как я вошел в свою комнату, я поперся в душ и долго стоя под горячими струями, пытаясь смыть с себя не только грязь и кровь порта, но и липкий осадок произошедшего.

Я рухнул на диван, пытаясь заставить себя отдохнуть, но сон не шел. Пережитые события проносились перед глазами снова и снова. Да, Светлана была в безопасности. Нужно было навестить ее в больнице. Убедиться, что она в порядке. Но… не сейчас.

Да, культисты пойманы, но жизнь долгая. Вот только по меркам Лиры я все еще был никем. Просто расходным материалом.