Мы сидели в креслах, и на несколько минут повисла тяжелая, неловкая тишина. Я смотрел на нее, на свои руки, на смятую постель. Главный вопрос

— «Что вчера произошло? Было ли у нас что-то?» — вертелся на языке, но я до смерти боялся его задать.

Наконец, Лиса допила свой кофе и с грацией хищницы поднялась с кресла. Она собиралась уйти в ванную, привести себя в порядок, и этот момент был бы упущен навсегда.

Я, не раздумывая, встал вместе с ней.

Я сделал шаг ей навстречу, преграждая путь. Она удивленно подняла на меня глаза. Я положил руки ей на талию, притянул ее к себе и, почувствовав, как она замерла от неожиданности, медленно потянулся к ее губам.

Если что-то было, — думал я, — она наверняка ответит.

Но Лиса в последний момент плавно отвернула голову, и мой поцелуй пришелся ей в щеку. Она уперлась ладонями мне в грудь и мягко, но настойчиво оттолкнула. В ее глазах не было ни страха, ни гнева. Только… удивление.

— Банкет окончен, Зверев. Даже не начавшись, — с ехидцей в голосе ответила она, пытаясь меня обойти.

Я снова шагнул к ней. На этот раз моя игривость улетучилась.

— Лиса, отвечай, — мой голос стал жестким. — Что было? И чего не было?

Она снова попыталась отшутиться, закатив глаза:

— Ой, Зверев, не начинай…

Но я не дал ей закончить. Я снова крепко прижал ее к себе, на этот раз не давая вырваться. Я заглянул ей прямо в глаза. Я медленно, не разрывая объятий, сделал шаг назад, увлекая ее за собой, в сторону кровати.

Вот тут она запаниковала.

— Зверев, ты совсем охренел⁈ — она попыталась вновь меня оттолкнуть, упираясь в плечи, но ее сопротивление было на удивление слабым. — Отпусти!

— Говори, что было, — упрямо повторил я, делая еще один шаг.

Она поняла, что я не отстану. Она громко, раздраженно вздохнула и наконец сдалась.

— Да ничего не было! — выпалила она. — Ни вчера, ни в прошлый раз! Доволен⁈

Я замер, растерянно глядя на нее.

— Как… ничего?

— А что ты хотел⁈ — она уже откровенно злилась. — Нажрался скотина! А бедной девушки его тащи. Я просто позаботилась о товарище по команде, который не умеет пить! Какие еще вопросы, Зверев⁈

Она стояла, сердито глядя на меня, а я все еще держал ее в объятиях и чувствовал себя самым последним идиотом во вселенной.

Я медленно разжал руки.

— Прости, — это все, что я смог выдавить. — Лиса, прости. Я… идиот.

Она посмотрела на меня, и ее сердитое выражение лица медленно смягчилось.

— Наконец-то до тебя дошло, Зверев, — сказала она, легонько ткнув меня пальцем в грудь, и направилась в ванную.

Когда она вышла, свежая и уже почти одетая, она бросила на меня свой фирменный игривый взгляд.