Из браслета я достал пачку купюр.

— Сколько?

— Сто тысяч, — ответил мужчина.

Я молча отсчитал и положил на стойку. Мужчина в белом пересчитал, и убрал их в сейф.

— Следуйте за мной.

Он вышел из-за стойки и открыл следующую дверь.

Я двинулся вслед за ним. Наши шаги были единственным звуком, и они глухо отдавались от безупречных стен. Здесь не было ни картин, ни окон. Лишь редкие двери из матового стекла с лаконичными надписями: «Лаборатория Г-3», «Сектор Биосинтеза», «Крио-хранилище».

Это место внушало. Здесь создавали жизнь. Или перекраивали ее.

Наконец, мы остановились у массивной двери из полированного металла.

— Андрей Евгеньевич ждет вас, — все тем же бесцветным голосом произнес мой провожатый. — Положите руки на панель.

На стене рядом с дверью вспыхнула панель. Я приложил к ней ладони. По пальцам пробежал легкий холодок — сканирование. Раздался тихий щелчок.

— Можете входить.

Провожатый развернулся и ушел, так и не показав своего лица. Дверь передо мной с тихим шипением отъехала в сторону.

Я сделал глубокий вдох и шагнул внутрь.

Комната за дверью была огромной, полукруглой, и одна ее стена была полностью стеклянной, открывая вид на залитую светом лабораторию этажом ниже, где десятки людей в белых халатах работали.

Вдоль глухой стены тянулись встроенные шкафы из матового металла, а в центре комнаты, помимо стола профессора, стояли два объекта: высокотехнологичное диагностическое кресло, похожее на ложе пилота истребителя, и, чуть поодаль, скромная зона для переговоров — два глубоких кожаных кресла и низкий стеклянный столик.

В центре комнаты, за столом из черного стекла, стоял он. Профессор Андрей Романов. Высокий, худощавый, с копной седых взъерошенных волос и пронзительными, невероятно живыми глазами за тонкими очками.

Он поднял на меня взгляд, когда я вошел.

— А, господин Зверев. Проходите, — он кивком указал на одно из кожаных кресел для гостей. — Присаживайтесь.

Я сел.

Профессор Романов обошел свой стол и сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу.

— Рекомендация от Ивана Николаевича Кайлова всегда привлекает наше самое пристальное внимание, — начал он. — Я так понимаю, вы заинтересованы в наших…особых услугах? В аугментации?

— Да, — твердо ответил я.

— Очень хорошо, — кивнул Романов. — Как вы, наверное, догадываетесь, это не покупка нового костюма. Прежде чем мы сможем обсуждать что-либо — варианты, цены, и, что самое главное, риски, — мне нужен полный анализ.

Он поднялся со своего кресла.

— А теперь, прошу, — он указал на диагностическое кресло в центре зала. — Мне нужно увидеть, с чем мы имеем дело. Ваше текущее физическое состояние, генетические маркеры и, разумеется, детальный скан вашего магического Истока.