— Размен… — прошептала она. В её глазах ужас сменился чем-то другим. Темным, горячим. — Ты псих, Зверев. Ты понимаешь, что он мог просто пробить тебе сердце? Или оторвать голову?

— Мог, — согласился я, глядя ей прямо в глаза. — Но не успел.

Тишина в комнате стала плотной, звенящей. Было слышно только, как дождь барабанит по карнизу. Мы были в полумраке. Алкоголь, наконец, ударил в голову. Барьеры рухнули. Мы оба видели сегодня смерть. Мы оба стояли на краю. И теперь нам нужно было доказательство. Самое примитивное, самое древнее доказательство того, что мы все еще здесь.

Лиса сделала маленький шаг ко мне. И прижалась вплотную. Футболка сползла с одного плеча.

— Мы могли сдохнуть сегодня, Саш, — прошептала она. — Любой из нас. В любую секунду.

— Но мы живы, — хрипло ответил я.

— Живы… — эхом повторила она.

Её пальцы снова коснулись моего плеча, но теперь не шрама, а шеи. Скользнули выше, зарылись в мокрые волосы на затылке.

— Раньше… когда ты у меня отсыпался… я тебя не трогала. Ты был просто напарником. А сегодня… Она резко, порывисто выдохнула и накрыла мои губы своими.

— Лиса… — прохрипел я, оторвавшись от её губ, чтобы вдохнуть.

— Заткнись, Зверев, — жарко выдохнула она мне в шею, кусая кожу. — Просто… давай почувствуем, что мы живы. Прямо сейчас.

Глава 22

Глава 22

Глава 22

Утро ворвалось в комнату серым, безжалостным питерским светом, пробивающимся сквозь незашторенные окна. Я открыл глаза. Первое, что я почувствовал — удивительную, почти неестественную ясность. Никакого похмелья. Мой метаболизм, пережег алкоголь без остатка. Я лежал на кровати, укрытый сбившимся пледом. Рядом спала Лиса. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, одна рука свешивалась вниз. Рыжие волосы разметались по спине огненным водопадом, скрывая россыпь веснушек на лопатках. Она дышала ровно, глубоко, без той тревоги, что душила её вчера.

Несколько секунд смотрел на неё, собирая осколки воспоминаний ночи в единую картину. Я помнил всё. Каждый вздох, каждое движение, каждый шрам на её теле, который я вчера изучал губами. Мы перешли черту. И, честно говоря, глядя на её спокойное лицо, я ни капли об этом не жалел.

Осторожно, стараясь не скрипнуть, встал. Нашел свои грязные штаны, валявшиеся в ванной. Натянул их. Рубашку искать не стал — в квартире было тепло. Прошел на кухню босиком. В горле все-таки пересохло — водка есть водка. Я открыл холодильник, нашел бутылку минералки и выпил половину залпом, чувствуя, как ледяная вода оживляет тело.

— Уже встал? — раздался сзади хриплый со сна голос.

Я обернулся.