Увидев нас, Павел расцвел. Его лицо, обычно искаженное высокомерием, сейчас светилось искренним, почти детским торжеством. Он повел плечами, наслаждаясь моментом.
— Ну здравствуй, Зверев, — его голос в этом бетонном колодце прозвучал звонко. Он сделал шаг навстречу, не пересекая линию ворот. — Чувствуешь это? — он глубоко вдохнул, раскинув руки, в одной из которых сверкала сабля. — Тишина. Какая благословенная тишина. — Его глаза впились в меня, ища признаки страха или слабости, он усмехнулся. — Теперь мы в равных условиях. Человек против человека. Сталь против стали.
Строганов шагнул вперед, кивнув полковнику.
— Господа, — сухо произнес Граф.
— Оружие проверено?
— Клинок работы мастера Шульца, — коротко ответил Шереметьев, его голос скрипел как старое дерево. Без артефактных вставок. Чистая сталь. Мы готовы подтвердить чистоту клинка оппонента.
— Артефактный меч Вольность, — Строганов указал на меня. — Против магии, но в данных условиях просто хороший клинок.
Никита не слушал секундантов. Он смотрел только на меня.
— Молчишь, Зверев. Страшно? Понимаешь, что теперь ты просто кусок мяса.
Он крутанул саблей красивую восьмерку, воздух рассек тонкий свист.
— Сегодня я преподам тебе урок, который ты не успеешь усвоить. Потому что сдохнешь.
Я посмотрел на Воротынского. На его красивую позу. На его открытую шею. И улыбнулся. Не как человек. Как зверь, которого по глупости заперли в клетке с едой.
— Ты много болтаешь, Никита, — тихо сказал я. — Открывай ворота.
Решетка с лязгом поползла вверх. Свет прожекторов ударил в глаза, и тысячи глоток взревели, приветствуя нас. Мы шагнули на песок.
Глава 17
Глава 17
Тяжелая решетка за моей спиной рухнула вниз с грохотом, похожим на звук гильотины. Лязг металла эхом отразился от бетонных стен, на мгновение перекрыв рев толпы. Мы остались вдвоем. Заперты.
Внутри было пусто. Мерзкое, сосущее чувство отрезанности от мира, к которому я уже начал привыкать, пока мы шли по коридору. Но мысль о магии все же царапнула сознание. Вспомнились слова генерала Воронова:Что некоторые маги научились противостоять подавителю.
Может, попробовать?
Я тряхнул головой, отгоняя эту мысль. Бред. Не время и не место для экспериментов. Ошибка будет стоить мне головы. У меня есть кое-что надежнее. Я сжал рукоять Вольности.
Магия ушла. Зверь остался.
— Чувствуешь? — голос Никиты прозвучал звонко.
Он стоял в пяти шагах. Белоснежный дуэльный колет сиял в свете прожекторов. Теперь мы проверим, чего стоит уличная грязь против благородной крови.
— Я аристократ полудурок, — помотал я головой. — Грязь, кровь, благородство… — скучающим тоном продолжил я. — Да, да, да. Сколько раз я это уже слышал? Вас всех в одном месте учили? Скучно, Никит. Я посмотрел ему в глаза. — Нападай уже.