— Мне пора, — шепотом ответил я, лихорадочно натягивая штаны. — Служба. Дела.
— Ну какие дела в воскресенье утром? — капризно протянула она. — Папа вернется только к вечеру… В этот момент в коридоре за массивной дубовой дверью раздались тяжелые, уверенные шаги.Топ. Топ. Топ.
Глава 19
Глава 19
Медная ручка двери медленно поползла вниз. Сердце Алины — или это была Катя? — забилось так сильно, что я почувствовал его ритм спиной. Она вжалась в подушку, натягивая одеяло до самого носа, и в ее глазах плескался чистый, детский ужас.
— Папа… — одними губами выдохнула она.
Я напрягся, мгновенно переходя из расслабленного состояния в боевой режим. Ситуация — хуже не придумаешь. Драться с охраной богатея или кто он там в его собственной спальне, будучи в чем мать родила — так себе перспектива для вчерашнего триумфатора арены. Я уже просчитывал траекторию рывка к окну и прикидывал высоту до газона, и как дальше уходить огородами с голой жопой. Может хоть штору сорвать?
Дверь открылась. На пороге стоял явно не разъяренный отец. Там стоял высокий, сухой мужчина лет пятидесяти в безупречном сером костюме, который сидел на нем как влитой. Короткая армейская стрижка, цепкий взгляд водянистых глаз и едва заметный витой проводок наушника за левым ухом выдавали в нем профессионала старой закалки. Скорее всего, отставной офицер спецслужб, а ныне — человек, который решает проблемы.
Он окинул комнату быстрым взглядом. Задержался на разбросанном белье, на перепуганных близняшках, и, наконец, уперся тяжелым, немигающим взором в меня. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Ни удивления, ни осуждения, ни брезгливости. Чистая функция. Он шагнул внутрь и бесшумно прикрыл за собой массивную дверь, отсекая звуки из коридора.
— Доброе утро, дамы, — его голос был ровным, как гул трансформатора. — Доброе утро, молодой человек.
— Доброе, — настороженно ответил я, не делая резких движений. Мужчина демонстративно посмотрел на часы на запястье. — Павел Аркадьевич только что проехал КПП поселка. Он поднимется сюда ровно через семь минут. Желает позавтракать с семьей?
Девушки синхронно охнули, побледнев до синевы.
— Виктор Сергеевич! — взмолилась Алина, чуть не плача. — Пожалуйста! Если он узнает… он нас убьет! Или в монастырь сошлет!
Начальник охраны поднял ладонь, останавливая поток истерики. Жест был коротким и властным.
— Он не узнает. Если молодой человек проявит благоразумие и поспешит. Он снова посмотрел на меня.
В этом взгляде читалось:Я знаю, кто ты, я знаю, что вы тут делали, и мне плевать, пока это не создает проблем моему нанимателю. Но если создашь — я тебя закопаю.