Гарибальди с победным видом сложил руки на груди.

Солано улыбался, слушая итальянца, и ничем не выдавал своих эмоций.

«Чёрт! Он прав. Кораблик явно военный, на частную яхту непохож. Да и документов на него нет. Патиньо нарисовал какие-то бумаги, но эти подделки не выдержат проверки. Придётся врать».

— Вы ошибаетесь, сеньор Гарибальди. Кораблик куплен на честное золото. И предназначен для Парагвая.

— Оу! — немного сник итальянец. Видимо, такой вариант ему в голову не приходил. Он уже начал привыкать к мысли, что эта шхуна пополнит его эскадру.

— Буду вам признателен, — продолжал тем временем Солано, — если вы поможете найти толкового лоцмана, который проведёт его по Паране до Асунсьона.

Гарибальди хмуро почесал бороду и решительно мотнул головой.

— Нет. Не буду. Это глупая затея. Портеньос не дадут вам пройти. На скорости не прорвётесь: это река, а не море. Корабль либо потопят, либо захватят. Лучше отдайте его мне. В моих руках он принесёт Парагваю больше пользы.

— Отдать? — приподнял бровь Солано. — Просто так, взять и отдать?

— Ну, продать, — поморщился итальянец. — Я выбью деньги из Риверы, хоть это и небыстро.

Он побарабанил пальцами по столешнице, и его лицо вдруг осветилось улыбкой.

— А что, если мы поменяемся⁈ — азартно всплеснул руками Джузеппе. — У меня есть трёхмачтовая торговая шхуна. Грузоподъёмностью в четыреста длинных тонн (2). Она плохо приспособлена для боя. Мне её всучили из того, что было, но я почти не беру её в походы — она слишком медленная. Под мои задачи нужно переделывать её парусное оснащение в бриг, а мне некогда. Но для торговца она в самый раз. Документы будут в полном порядке. Обещаю. Махнёмся, Юджин?

Гарибальди с надеждой посмотрел на собеседника.

«Обычное торговое судно. Не привлечёт никакого внимания. С чистыми документами. Чем не вариант?»

— Надо посмотреть. Пощупать, — с сомнением протянул Солано, набивая себе цену и заставляя собеседника уговаривать его. На самом деле он уже всё решил и внутренне был согласен на обмен.

— Без проблем! Поднимаем паруса и летим наперегонки в Монтевидео. Я хочу узнать, на что способен мой будущий корабль!

Гарибальди счастливо улыбался, понимая, что клиенту деваться некуда. Приглянувшийся ему боевой кораблик со странным названием «Инти» скоро станет частью его флотилии.

* * *

Николас ван Любберс дома по-настоящему чувствовал себя только в море. Он родился посреди Атлантики, когда его семья переезжала из Нидерландов в Суринам. И всю жизнь провёл между портами, между морями и между женщинами — от одной семьи до другой, от одного порта до следующего. Сорок лет без остановки. Но осесть ему пришлось в Кальяо, где жила одна из тех, кого он называл «любимейшими».