– Мы теперь вместе, ребята, – сказал я и легонько поцеловал Миру.
Мира взирала на Мишу с немым ужасом, а та смотрела на нее, готовая убить.
– Ну знаешь, Мира, – прошипела моя сестра, – я не думаю, что так поступают лучшие подруги.
Мира съежилась, и я еще крепче прижал ее к себе.
– Лучшие подруги все рассказывают друг другу, делятся болью и радостью, – Миша хлопнула себя по лбу, – ты рыдала из-за Роберта, да? Не из-за Эрика?
– Конечно, из-за Роберта, – Мира, похоже, пришла в себя, и теперь ее голос звучал, как обычно, только немного звенел от напряжения. – Как ты себе видишь такую картину? Миша, я влюбилась в Роба, и он в меня тоже, но я его оставила, потому что у него есть ребенок, которого он бросил. Ты считаешь, что я могла тебе такое сказать? Роберт – твой брат, и я никогда не причинила бы тебе боль этой новостью.
– Эту новость ты себе выдумала, – вставил Макс. Успокаивающе взял Мишу за руку и добавил: – Честно говоря, я не удивлен, у вас давно все к этому шло.
– Что? – воскликнули мы с Мирой хором.
– Вы не видели, какие искры летали между вами, – он пожал плечами. – Я рад за вас, ребят, – и Макс хлопнул меня по плечу, а Миру легко щелкнул по носу.
Миша выдернула руку и вышла из комнаты. Мира дернулась, но я удержал ее порыв – я должен первым поговорить с сестрой. Встал и пошел в ее комнату:
– Миш, – постучал я. – Давай все объясню тебе.
Она не ответила, тогда я приоткрыл дверь и заглянул. Миша сидела на краешке кровати и плакала, закрыв лицо руками. Ее спина вздрагивала, а шея покраснела. Вот черт. Я сел рядом и положил руку ей на плечо.
– Миш, ну не надо так. Она же твоя подруга, она хотела тебя уберечь, чтобы ты не расстраивалась от мысли, что я бросил ребенка. Мира думала, что сделала все правильно. Не злись, ладно?
Миша всхлипнула, а потом убрала руки от лица, и я заметил, что из ее глаз текли слезы, а сама она… смеялась. Она хохотала и плакала одновременно.
– Ты чего? – испугался я.
Она обняла меня и стиснула.
– Я так рада за вас, но вы такие идиоты, что я одновременно хочу вас убить, – она снова всхлипнула. – Блин, я бы многое отдала, чтобы увидеть, как она заставила тебя влюбиться.
Я вспомнил Мирины широкие джинсы и блестящее платье, нелепый макияж, то, как она накручивала локон на палец и прикусывала нижнюю губу, ее стертые в кровь ноги и сапоги на высоком каблуке в лесу.
– Хорошо, что ты этого не видела, – рассмеялся я.
Глава 28
Серые глаза Макса поблескивали, пока он рассматривал меня. И как только Миша выдерживает такой непроницаемый взгляд каждый день? У меня уже мороз пошел по коже.