Через секунду они сузились, и послышалось шипение:
– Клянусь вселенной, если ты сейчас же с меня не слезешь, я тебя убью.
Я моргнул, потом еще раз. Подо мной, в толстой теплой куртке фиолетового цвета, в оранжевой шапке и малиновом шарфе, намотанном на пол-лица, лежала Мира. Я придавил ее своей тяжестью, наши лица были в сантиметре друг от друга. Она извивалась подо мной, как змея, прожигая взглядом, но я не сдвинулся с места.
– Неужели, – промурлыкал я.
Глава 5
Я пыталась сбросить с себя придурка, который разлегся на мне, крепко прижав мои руки к полу и придавив ноги коленом, и ухмылялся так, словно поставил мне мат через шесть часов игры. Я не могла пошевелиться, грудь сдавило от тяжести его тела. Satan i gatan…
Он очень близко.
Слишком близко.
Его тело было горячим, и я чувствовала этот жар даже через куртку. Возможно, он заболел, и у него температура? Вряд ли человек сам по себе бывает таким горячим? Или все может быть… если его изнутри топит адский огонь?
– Ты в качалку ходишь для того, чтобы девчонок в кровати удерживать? – прохрипела я, понимая, что наше молчание затягивается.
– Поверь, мне не нужна сила, чтобы девушки задерживались в моей постели, – прошептал он, и я почувствовала его дыхание. А его глаза были настолько близко, что я смогла рассмотреть каждую голубую прожилку и крапинку радужки. Вблизи его глаза были похожи на два универсума… бесконечно глубокие и загадочные. Интересно, что их цвет одновременно был похож и непохож на Мишин. У нее цвет глаз уходил в бирюзу, а у Роберта цвет напоминал… океан?
– Что? – хмыкнул он. – Потеряла дар речи?
Через секунду до меня дошли его слова, и от его насмешливого тона во мне немедленно вскипел гнев. Я попыталась боднуть придурка головой, но он засмеялся и ловко увернулся.
– Слезь с меня, идиот, – прошипела я, собрав всю оставшуюся силу и пытаясь выпутаться из его тисков, но он лишь немного напряг мышцы и пригвоздил меня к полу. Я почувствовала себя бабочкой, приколотой к специальному стенду на радость энтомологам.
Роберт чуть наклонил голову и зашептал мне на ухо, отчего я тут же покрылась мурашками:
– Отдай клюшку, и я с превеликим удовольствием оставлю тебя и поеду в бар наслаждаться обществом твоих соседок.
Мне почему-то стало противно от мысли, что его привлекли эти девчонки, и я поморщилась:
– Как здорово, что ты торопишься на вечеринку, которую организовал мой друг.
– Может быть, и так, только и меня туда пригласили, а я позвал своего друга, чтобы добавить маскулинности в общее веселье. Похоже, твои хилые друзья, кроме тебя, никому не нравятся.