– Погоди, – отмахнулась она, – я, кажется, что-то помню, но очень смутно. У нас, знаешь ли, пока ты свои вечеринки устраивал, дома был проходной двор.
Хотел было вставить несколько комментариев про проходной двор, но она продолжала говорить.
– Но, как ты знаешь, у меня есть чудесная подружка Мира, и она обычно все помнит.
Мое сердце остановилось на сорок секунд только от одного ее имени.
– И? – выдохнул я.
– И я ей позвонила утром. Она садилась в самолет.
Что? Она уже улетела? Так быстро? Во рту стало горько, голова загудела, виски сдавило так, что мне пришлось прикрыть глаза.
– И? – повторил я, но уже без такого энтузиазма.
– Она сказала, что ты должен ее помнить, брюнетка, длинные волосы, визгливый голос и татуировка в виде дракона на плече. А если ты ее не вспомнишь, то она не собирается тебе помогать.
Теперь ко всем моим бедам добавилось бешено стучащее сердце. Может, я умираю, и мне срочно нужно к врачу?
И тут я ее вспомнил: дракон на плече, точно. Она жила рядом, может, мы даже учились в одной школе. Или нет, в разных, но очень близко. Я боялся дышать, чтобы не смазать только что сделанное мною открытие.
– Я, правда, понять не могу, – продолжала Миша в трубку, – с чего бы Мире передавать через меня какие-то странные сообщения. Вы все-таки разругались из-за клюшки, да?
– Нет, – ответил я быстро. – Мы не ругались.
– Ну, я бы не сказала, что Мира о тебе с восторгом говорила, – Миша сделала паузу. – Ты все-таки не послушал меня и набросился на нее? Просила же разобраться и закончить глупую вражду.
– Миш, – я мечтал завершить этот разговор, потому что он был мне невыносим. В моей груди зияла дыра, а сестра проходилась по ней снова и снова. – Потом все обсудим, ладно? Мне в самом деле надо идти.
– Погоди.
Я замер.
– Что такое?
– Мы давно не говорили… ну так… откровенно, – она замолчала, подыскивая слова, а я молился, чтобы она их никогда не нашла. Я не был готов. – Мне кажется, что у тебя не все хорошо. Ты… ты можешь… ну, ты знаешь, в любой момент.
– Я знаю, Миш. Но не сейчас, ладно?
Она вздохнула, и моя дыра в груди стала еще больше.
– Хорошо, – сказала она, но я уже положил трубку.
До окончания сезона осталось максимум две недели, в зависимости от того, как мы будем играть. Я соберусь и выброшу все из головы. Потом полечу в Москву, найду Кристину. И неважно, есть у нее ребенок от меня или нет, она должна будет объяснить Мире, что я ничего не знал.
Глава 24
– Может быть, она забыла, как говорить по-русски? – Арина сощурила глаза и смотрела на меня, но обращалась к Мише. – Может один язык полностью вытеснить другой, как думаешь?