– Только не включай эту ужасную музыку, которая вечно играет на твоих вечеринках, – попросила я.

Он приподнял брови и спросил:

– Что же включить?

– Давай Мисс Ли, мы же в Швеции, – улыбнулась я и накрутила локон на палец.

Роберт сглотнул и молча включил Мисс Ли.

Почти всю дорогу мы молчали. Краем глаза я замечала Леру, шепчущую что-то на ухо Тому. Том улыбался, а она странно хихикала. Вселенная, дай мне терпения.

Пейзаж за окном сменился: уютные дома и индустриальные кварталы остались позади, а по обе стороны дороги в ряд выстраивались большие серые и коричневые деревья, покрытые зеленым мхом. Мы подъезжали к Тюреста́ – национальному парку Швеции, который представлял собой рифтовую долину и считался одним из самых больших массивов девственных лесов в Швеции. От бескрайнего зеленого моря хвойных деревьев, раскинувшегося перед нами, у меня свело желудок. И почему поиск в интернете выдал мне информацию, что это парк? Я и представила себе Воронцовский парк с идеальными дорожками, часть которого располагается в лесу. Здесь же цивилизацией и не пахло. Тропинки есть, безусловно, и указатели имеются, и места для привала, и туалеты, но… это ни разу не Воронцовский парк. Это лес. И что я буду делать здесь в своих сапогах? Я даже запаниковала на секунду, но потом вспомнила про кроссовки, лежавшие в рюкзаке, и про миссию, которую нужно выполнить.

Эрик с друзьями ждал нас на парковке. Они были одеты в легкие спортивные куртки и брюки, так же, как и Роберт с Томом.

– Это Свен и Магнус, – представил своих друзей Эрик, и те скромно улыбнулись. Высокие, светловолосые, как два брата-близнеца, они смотрели на меня с любопытством, но не сказали ни слова. Вот это я понимаю – типичные шведы. Эрик обнял меня, подмигнул и сказал:

– Ты не сможешь идти восемнадцать километров в этой обуви.

– Спорим? – бросила я.

– Это небезопасно. – В глазах парня зажглось беспокойство. – Роберт, скажи ей.

Я быстро повернулась, чтобы перехватить реакцию Роберта. Казалось, он удивился, что Эрик просил его на меня повлиять, потом, опомнившись, прохрипел:

– Э-э-э, да. Я говорил. Но она очень упрямая и делает то, что хочет, – он пожал плечами. – Сломает ногу – сделает выводы.

Что, черт возьми, это сейчас было? Разве так отвечают предположительно влюбленные парни? И где здесь обещание обращаться со мной, как с самой драгоценной женщиной в мире?

– Я знаю, дорогой, – пропела я, – как тебе нравится, когда я на каблуках, ведь так я становлюсь выше ростом. Так что сломаю ногу – понесешь меня на руках.

Эрик хмыкнул, Роберт буркнул себе что-то под нос.