При упоминании Рида мое сердце делает кувырок, но я слегка усмехаюсь.

— Твоя мама самый организованный человек из всех, кого я знаю. Жаль, что нам с тобой это не передалось. Я могу поехать с Ридом и Эваном, без проблем. Думала, может, взять с собой папу, но просто не знаю, как он перенесет смену обстановки. Мона сказала, что с радостью посидит с ним.

Мне ненавистно оставлять его дома, но я знаю, как важно соблюдать его режим и находиться в привычном для него месте. Это единственное, на чем его врач твердо настаивал с тех пор, как ему поставили диагноз. Я благодарна, что у нас есть Мона, и она вызвалась побыть с ним подольше на этой неделе, чтобы я могла поехать с Эм и её семьей.

— Тебе это нужно, Холланд. Несколько дней вдали от обязанностей, учебы и работы. Всё будет здорово, — жизнерадостно говорит Эмери. — Это как раз то, что тебе нужно, чтобы расслабиться и отдохнуть.

Мои мысли тут же уносятся назад, всего на несколько дней до этого, когда Рид своим ртом заставлял меня согласиться на эту спонтанную поездку.

Как бы я ни была счастлива с Ридом... в последнее время чувство вины, кажется, давит всё тяжелее и тяжелее как на мое сердце, так и на мысли.

Наши отношения с Ридом начинались как что-то ни к чему не обязывающее, а теперь это ощущается как нечто гораздо большее. Мне следовало знать, что я не смогу задвинуть свои чувства на задний план и ограничиваться с ним только физической близостью. Чувства всё усложняют, а наша ситуация и без того достаточно сложная.

— Да, всё будет здорово. Мне не терпится провести с тобой время. Пойду собирать вещи, увидимся позже, ладно? Аккуратнее на дороге.

— Ты тоже, детка. Люблю тебя, пока!

Мы заканчиваем разговор, и я сажусь рядом со своим пустым чемоданом, уставившись на него.

Ты справишься, Холланд . Три дня взаперти с парнем, в которого ты тайно влюблена, и твоей лучшей подругой, которая, скорее всего, убьет вас обоих, если обо всем узнает.

И какое место подойдет для этого лучше, чем уединенный коттедж в глуши леса, где никто не найдет наши трупы?

Я стону и падаю обратно на кровать.

Это всего три дня. Я повторяю эту мантру весь оставшийся день, пока собираю вещи, и не успеваю опомниться, как в дверях моей спальни, застав меня врасплох, появляется Рид.

— Всё собрала? — Он подровнял бороду и зачесал назад свои буйные кудри, отчего стал выглядеть еще красивее. На его широкие плечи наброшена куртка в красно-черную клетку, на нем старые, выцветшие джинсы и ботинки. — Эван в машине. Мы поедем, как только ты соберешься, детка. — Он запечатлевает на моих губах долгий поцелуй и отстраняется, удерживая мой взгляд.