Мы двинулись в противоположную сторону, к Долине Туманов. Теперь у нас был кристалл с координатами, союзник в тылу и цель.
Глава 11
Долина Туманов встретила нас тяжелой, давящей серостью.
Здесь, вдали от очищающего огня паладинов, лес выглядел больным, неправильным. Словно кто-то неумелый пытался нарисовать деревья по памяти, путаясь в пропорциях и тенях.
Кристалл, добытый из пепла сожженной хижины, пульсировал в моей руке, нагреваясь тем сильнее, чем глубже мы уходили в чащу. Он вел нас не по тропинкам, а напрямик, сквозь бурелом, который странным образом не цеплялся за одежду, а проходил сквозь нее, будто был сделан из дыма.
— Жуткое место, — пробормотал Снайдер, поглаживая холку своего волка. Зверь нервничал, шерсть на загривке стояла дыбом, он то и дело скалился в пустоту, рыча на невидимых врагов. — Видите? Вон тот куст?
Я посмотрел туда, куда указывал лучник. Куст папоротника не шевелился на ветру. Он дергался. Его листья то исчезали, то появлялись вновь, меняя угол наклона рывками, без всякой анимации перехода.
— Вижу, — кивнул я. — Текстуры плывут. Мы близко.
Елена шла рядом, сохраняя человеческий облик. В форме медведя, по её словам, находиться здесь было невыносимо — звериные инстинкты сходили с ума, не понимая, как реагировать на мир, лишенный запахов и естественных звуков.
— Координаты указывают на скальный массив впереди, — сверился я с интерфейсом кристалла. — Еще метров двести.
Когда деревья расступились, мы замерли. Даже мой подготовленный разум, видевший изнанку многих систем, спасовал перед открывшейся картиной.
Это была рана в мироздании.
Огромная гранитная скала, возвышающаяся над лесом, выглядела так, словно ее пытались стереть ластиком, но бросили на полпути. Камень не был твердым. Его поверхность шла рябью, как вода от брошенного камня, но эта рябь была угловатой, ломаной.
Вход в пещеру зиял чернотой, но края этого провала… они мерцали. Серые, черные и фиолетовые полигоны накладывались друг на друга, вгрызаясь в пространство. Камни висели в воздухе, игнорируя гравитацию, а затем резко телепортировались на метр вниз.
Воздух здесь гудел. Не звук ветра или насекомых, а низкий, давящий гул высоковольтной линии, смешанный со статическим треском, от которого волосы на руках вставали дыбом, а зубы начинали ныть.
— Битый пиксель, — выдохнул я, невольно подбирая самое точное определение. — Огромный, размером с дом, битый пиксель.
— Это… это вообще законно? — нервно усмехнулся Снайдер, но смех вышел натянутым. — Выглядит так, будто сейчас сервер крашнется.
Шнырь, который обычно держался в авангарде, проверяя путь на наличие ловушек, вдруг остановился. Он согнулся пополам, прижимая руку ко рту. Его лицо под капюшоном приобрело зеленоватый оттенок.