— Где мы? — Я замедлил шаг и втянул носом воздух. — Проклятье… Там что-то сдохло?

— Мы в канализации. — Я разглядел белозубую улыбку даже в темноте. — Добро пожаловать в Нижнюю Моту-Саэру, друг мой.

Парня звали Мерукан. Не знаю, откуда Дава его вытащил — среди нищих на площади пред храмом Агни я не видел никого похожего… Мерукан не только сохранил полный комплект конечностей, но и выглядел куда здоровее и чище любого попрошаек, хоть и не носил на поясе пряжки. Я так и не понял, сколько ему лет. Невысокий, худощавый и напрочь лишенный любой растительности на лице Мерукан мог оказаться как ровесником Рашми, так и сорокалетним… но я бы скорее поставил на первое. Для того, кто прожил достаточно долгую жизнь среди ютящихся в канализации Безымянных, он казался слишком уж жизнерадостным. Но это ничуть не раздражало. Скорее наоборот. В первый раз за все свое пребывание в этом мире я встретил кого-то, кто не только не пытался меня прикончить, но и не задавал лишних вопросов.

Зато сам болтал без умолку — даже когда мы забрались в вонючую жижу канализации чуть ли не по пояс. Если бы не необходимость все время смотреть под ноги, я бы мог узнать немало полезного о Великих и не очень великих Мастерах всех четырех кланов, Викретах, Кшатриях и даже самом Императоре. Впрочем, манера речи Мерукана мешала мне ничуть не меньше, чем дерьмо вокруг.

— Так, говоришь, сам Император — тоже родом из Кшатриев? — Я кое-как прервал бесконечный поток словоизлияний. — Из какого он клана?

— Император выше любого из Великих Мастеров, — охотно отозвался Мерукан. — Его покойный отец был наделен Джаду огня, а мать — старшая дочь Владыки Алуру.

Интересно. Если родители из разных кланов — какую силу унаследует ребенок? Обе? Или есть какая-нибудь «доминантная» Джаду, которая подавляет остальные?

— И какой стихией он владеет? — уточнил я.

— Почем мне знать? — Мерукан заливисто рассмеялся. — Но вот что я тебе скажу, Рик: толстяк Раджиндра стал бы позором для любого из кланов. Я не ошибусь, если скажу, что даже безногий Дава бегает быстрее его, а в бою Император не одолеет и хромую обезьяну.

Выходит, не все Кшатрии посвящают всю жизнь тренировкам и превращаются в наделенный магической силой машины для убийства… Наверняка есть среди них и те, кто на всю жизнь застревает на начальных ступенях Пути — или выбирает удел целителя… или ученого. Но правят этим миром, конечно же, воины. Только чего ради им подчиняться какому-то толстому неумехе?

— Ты не боишься говорить такое об Императоре? — поинтересовался я. — Его слуги вырвут твой язык, если услышат.