Я замолчал и дал ему время. Морозов просидел неподвижно секунд десять. Потом взгляд еще раз ушел к Свиридову — уже без паники, оценивающе. Я почти слышал, как в его голове щелкают костяшки счётов.

Сфера. Замаскированная так, что у него, коменданта, не было о ней ни строчки. Показания. Слово «сотрудничаете». Считал он быстро, этого не отнять.

— Кто еще знает? Про показания Смалова.

— Те, кому положено, — сказал Свиридов.

Морозов медленно кивнул сам себе. Потом еще раз, тверже, и спросил:

— Что от меня требуется?

Голос сел, но деловой тон в нем уже прорезался. Человек кончил тонуть и начал грести.

— Первое, — сказал я. — По гарнизону вскоре пойдет уточненная картина того, что случилось со Смаловым и моим Зверем. От вас нужна поддержка. Представление об опасности Вирра отозвать не прошу, но если спросят вашего мнения, отвечать в русле новых показаний.

Свиридов коротко хмыкнул. Я не взялся бы сказать, одобрение это было или насмешка. Морозов кивнул, кажется, даже с облегчением. С этой стороны он явно ждал худшего.

— Второе серьезнее, — продолжил я. — От связей, которые на вас навесил Смалов, вы не отказываетесь. Наоборот, остаетесь тем, кем были до нашего визита. Комендантом, принявшим помощь и обязанным им. К вам будут приходить. Будут спрашивать. Возможно, попросят что-то сделать.

— И я должен…

— Подыгрывать, — сказал Свиридов мягко. — До поры. Что именно отвечать и что сливать, вам будут подсказывать. Общая линия простая: в Улье все стабильно, все по-старому, комендант потихоньку возвращает позиции. Кстати, о позициях.

Он отлепился от двери и подошел к столу. Аура его к этому моменту уже стекла обратно, свернулась до незаметности, будто ничего и не было. Легче от этого Морозову явно не стало.

— Скажу прямо, господин комендант, поскольку время позднее. У нас была мысль двигать на ваше место Александра. Теперь, когда ваша лояльность подтверждена таким, гм… надежным образом, нужда в этом отпала. Сидите спокойно на своем месте.

Морозов посмотрел на меня. Я пожал плечами — здоровым, во всяком случае. Кресло коменданта мне было нужно как крылья рыбе.

— Но, — поднял палец Свиридов, — резко мириться вам двоим нельзя, это будет выглядеть подозрительно. Так что грызню играем дальше. Более того, играем ее по новым правилам. После этой истории со Зверем молодой Пламенев оступился, ослаб, и вы, с вашей новой поддержкой, начали брать верх. Вам, Александр Семенович, это будет даже приятно.

Комендант дернул углом рта.

— Я понял, — сказал он. Помолчал и добавил, глядя в стол: — Я дал слабину с этой помощью. Знал же, что все не может быть так просто.