Шанс? Искра, вспыхнувшая в ледяной бездне. Одна на миллионы минут гибели. Возможно, и того меньше.

Но она есть. Пока эта искра тлеет в груди — существует и надежда. А надежда — самая изощрённая пытка для обречённого.

Утро — если можно назвать утром момент, когда я проснулся, ведь в катакомбах нет ни солнца, ни неба, ни вообще какого-либо смысла времени — пришло слишком быстро. Казалось, только закрыл глаза, и вот уже Чжэнь будит всех, раздаёт последние указания. Мэй проснулась раньше меня, уже сидела у карты, изучая маршруты. Её волосы, в которых серебро проступало всё заметнее, были собраны в практичный хвост. Лицо сосредоточенное, глаза светились в полумраке.

— Выспался? — спросила она, не поворачиваясь.

— Нет.

— Я тоже.

Мы переглянулись и синхронно пожали плечами. Нормальное состояние в последнее время.

Чжэнь собрал всех вместе для последнего инструктажа. Люди выглядели… ну, как выглядят люди перед смертью? Уставшие, решительные, немного отрешённые. Принявшие неизбежное, но не сдавшиеся.

— План простой, — начал Чжэнь. — Группа журавля, пятнадцать человек, идёт северным путём. Ваша задача — создать максимальный хаос. Шум, огонь, взрывы. Атаковать патрули, привлекать внимание. Заставить демонов думать, что это главная угроза.

Он посмотрел на назначенного лидера журавля — женщину средних лет с шрамом через всё лицо и глазами, видевшими слишком много смертей.

— Лань Сюэ, ты командуешь. Не лезьте в прямые столкновения. Удар и отход. Бей и беги.

Женщина кивнула молча.

— Группа лотоса, все остальные, со мной, — продолжил Чжэнь. — Мы блокируем южный выход из зала с механизмом. Не даём демонам уйти этим путём, вынуждаем преследовать наших друзей через печать.

Он повернулся к нам с Мэй.

— А вы двое — наживка. Ваша задача — добраться до механизма, нанести удар и бежать. Бежать так, чтобы генерал гнался за вами. Привести его в зал с печатью.

— Понятно, — сказал я.

— Вопросы?

Вопросов было миллион. Что если печать не сработает? Что если генерал слишком силён для древней магии? Что если мы все просто умрём зря? Но никто не задал ни одного. Какой смысл? Ответов всё равно не было.

— Тогда выдвигаемся через час, — объявил Чжэнь. — Подготовьтесь.

Час. Шестьдесят минут. Три тысячи шестьсот секунд до начала конца.

Я использовал время на медитацию. Дыхание Пепла Мёртвых Миров, втягивающее в себя смерть, витающую в воздухе катакомб. Здесь её было много — столько людей погибло за последние дни, что воздух буквально пропитался остаточной энергией угасания.

Горнило принимало её, перерабатывало, превращало в силу. Голоса шептали советы, предостережения, поддержку. Они тоже понимали, что мы идём на смерть. И они тоже не возражали.