За дверью был зал. Большой, квадратный, с высоким потолком. И весь заполненный… саркофагами. Сотни саркофагов, стоящих рядами. Каменные, простые, без украшений. На каждом — табличка с именем и датами.
— Склеп, — прошептала Мэй. — Это склеп.
Я подошёл к ближайшему саркофагу. Прочитал табличку.
Энергетический след вёл через зал, к дальней стене. Там, в нише, находился ещё один саркофаг. Не такой древний, как остальные. И уже открытый.
Мы подошли ближе. Я направил свет пламени внутрь саркофага.
Он был пуст. Ничего. Даже единой косточки не осталось.
— Кого здесь похоронили? — спросила Мэй.
Я посмотрел на табличку над саркофагом. Иероглифы были более сложными, написаны древним стилем. Я прочитал их с трудом.
«Здесь покоится душа того, кто предал Империю и был предан Империей. Пусть его имя будет забыто. Пусть его деяния сгинут во тьме. Пусть его душа не найдёт покоя ни в этой жизни, ни в следующей».
Проклятие. Не просто эпитафия. Именно проклятие, высеченное в камне мастерами, которые знали силу слов.
— Похоже, мы нашли нашего демонопоклонника, — сказал я.
— Точнее, его могилу, — уточнила Мэй. — А где сам…
Глава 12
Вопрос Мэй Инь повис в воздухе, холодном настолько, что каждый выдох превращался в густое облако пара. Я всматривался в пустой саркофаг, и мой мозг лихорадочно перебирал варианты, каждый хуже предыдущего. Саркофаг открыт изнутри — внешние печати сломаны со стороны содержимого. Энергетический след свежий, максимум месячной давности. Проклятая надпись об имени, которое нужно забыть.
— Он ушёл, — ответил я, медленно поворачиваясь. — Воскрес. Или что там делают подобные твари после смерти. И судя по следу, который я чувствую… он не далекоушёл. Он здесь. В этих катакомбах. Очень близко.
Пламя в моей руке затрепетало. Не от моей воли — само. Словно почуяв что-то, чего я ещё не осознал. И тут я услышал.
Шаги.
Медленные, размеренные, отдающиеся эхом по каменным коридорам. Шаг. Пауза. Шаг. Пауза. Кто-то шёл к нам, не торопясь, наслаждаясь каждым мгновением приближения.
— Прячемся, — прошептала Мэй, хватая меня за рукав. — Сейчас.
Мы метнулись к ближайшему ряду саркофагов, присели за массивными каменными блоками. Я задушил пламя, погрузив нас в абсолютную тьму. Только слабое свечение рун на стенах давало призрачный свет, едва достаточный, чтобы различить силуэты.
Шаги приближались. Шаг. Пауза. Шаг. Пауза. Методичные. Неумолимые.
И голос.
— Какое совпадение, — произнёс кто-то. Голос был мужским, мелодичным, с лёгкими нотками аристократизма. Голос человека, который привык быть услышанным, которому не нужно повышать тон, чтобы подчинить. — Посетители в моих покоях. Первые за… сколько там? Месяц? Два? Время так странно течёт после воскрешения. То тянется вечность, то проносится мгновение. Но вы, дорогие гости, совершенно точно здесь. Я чувствую ваше тепло. Ваши бьющиеся сердца. Ваш… — пауза, словно он вдыхал аромат вина, — … страх.