Стук шагов по плитке. И-и-и… Каблучки рядышком цокают. С Зубаревым точно впритык баба гарцует. А ей заливает в уши: «Мне нужна только ты!». Тьфу, паразит! Па-ра-зи-ти-на! Если она сейчас еще откроет рот, то наверняка из нее дым повалит густой и черный. Едкий.Так подгорает, аж парень портье стал двоиться от бешенства.

— Лева, у меня платья нет подходящего. Я на помолвку не приду, — Овощебаза не дала ему шанса ответить. Отключила связь и сделала на беззвучный.

Посидела минуточку, ссутулив плечи. Руки безвольно свесились с поручней. Погрустила о своем, о бабьем. Кругом одни кобели, да изменщики. А говорил, что Валька будет у него одна – единственная. Брехун мордастый.

— Парень?! — сложив губы, Валентина свистнула.

— А? — дернулся бедолага, поняв, что до него дело есть. А так хотелось быть неприметным и тихонько за угол завернуть.

Чует, что получать сейчас будет три кило люлей. И без очереди. Глазенки забегали. С ритма сбился. В шнуре запутался. Отключил жужжукалку, хлопая глазами на нее.

— Из всего тобой принесенного, я не боюсь никого. Мне, когда было столько лет, как тебе сейчас, малой, я жила в холодной подсобке с облезлой собакой и спала на панцирной сетке от старой кровати. Вместо матраса был картон и несколько тряпок. Зимой, прикинь? Был такой обогреватель круглый, — она изобразила небольшой диаметр, чуть больше футбольного мяча. — Сам понимаешь, им греть можно только отдельные участки тела. Жопа у меня мерзла постоянно.

Пацан присел на корточки, и голову опустил. Палку от пылесоса так в руках и держал, будто на всякий случай. Если, чего отмахиваться. Напрягся весь. Но, было заметно, что внимание его сосредоточено на рассказе.

— Если бы не собака — лучший друг человека, то меня бы к утру находили холодной. Звали ее Анфиса. Так вот… У Анфисы был разнообразный рацион: крысы, галки… Короче, все что меньше нее и не такое шустрое. Когда у меня картошка заканчивалась и жрать было категорически нечего, я суп варила на плитке — корейским гурманам такое не снилось. Спасибо Анфисе.

— Вы были бездомной? — она увидела его удивленные недоверчивые глаза.

Честное слово, он Грановской не поверил.

Думал, у него жизнь хреновая? Вынужден тут полы начищать, да выполнять приказы мелкой мерзавки. За деньги, естественно, не бесплатно.

— Можно и так сказать, парень. Что есть понятие дом, по-твоему? Где мамка тебе борщ сварила? Дом — это где ты сам свою лямку тянешь. Где есть место для тебя и твоего друга. Четвероногого. Ты вот, мысли жуешь, что сейчас подзаработаешь и с друзьями сходишь в пиццерию. Перед девчонкой своей рисанешься, купив ей мороженку. Хотелки у тебя короткие, и желания тоже. Я в свое время, копила, откладывая каждую копеечку, чтобы наскрести на свою первую торговую палатку. Перекупала у бабок овощи задарма и продавала. Не белоручкалась. Мыла каждый клубень щеткой, чтобы мое привлекательней было, имело товарный вид.