— Пап, можно его увидеть? — Глафира притихла и не начала тараторить сорокой: «А я? Как же я? Ты меня больше не любишь?».
— Не сегодня, дочь. Иди умойся. У папы есть очень важные дела, касающиеся этого мальчика. Ты простишь мне такие заботы? — он ей тепло улыбнулся и потрепал по жестким волосам.
Поскакушка удрала приводить себя в порядок, а ее отец прошел в кабинет. Несколько звонков в МВД и отдел опеки. Зубарев решил, что пора поговорить с Валентиной, пока она дел не натворила, и одна не бросилась искать на дачах преступника.
— Лев Захарович, ты жить без меня не можешь? Полтора часа не прошло? — было слышно, что она отключила фен, которым сушила свои мокрые волосы.
— Валь, ты можешь меня прибить, но я все решил за двоих. Ты ведь хочешь усыновить Семена? Несмотря, на твои связи с заведующей, одинокой женщине будет сложно заручиться поддержкой. А, вот к женатой паре совсем другой подход. Валька, мы завтра женимся.
— Завтра? — удивилась Грановская, будто у нее других вопросов не нашлось. Она не крысится: «Нет, ты все опять делаешь за меня!». Не скандалит. Не топает ногами.
— Формальности беру на себя. Ищи платье, Грановская. Можешь голая приходить, мне без разницы. Но, чтобы завтра была как штык! У загса в три часа дня.
— Зубарев, ты забыл про…
— Про Альберта на даче? Нет, не забыл. Его возьмут опера с минуты на минуту. Забудь туда соваться, чтобы не попасть под раздачу.
— Лев, ты совсем меня за дуру держишь? — он так и представил, как она выставила вперед фен как пистолет. — Чтобы доложил, как там прошло. Понял?
Зубр непроизвольно хохотнул. Отлегло! Еще как у него отлегло! Валька не восприняла его решение в штыки. Это грандиозный прогресс. Шкатулочка-то просто другим «ключиком» открывалась. Не нужно было с ломом приходить.
Глава 27
Альберта взяли тепленьким, когда он тащил чужое барахло из обнесенного им дачного домика. Это был уже не тот холеный мачо, гнувший пальцы и считавший себя непревзойденным любовником, перед которым женский пол падал штабелями.
Заросший бородой с загаром до мулата. Заношенная растянутая майка грязного серого оттенка, болтается поверх треников. Он втащился в калитку, которая скрипнула и захлопнулась на пружине. На роже довольная ухмылка, что улов в этот раз совсем неплох! Рабочая дрель и чемоданчик с инструментами можно загнать перекупу. Картина и чучело сокола не представляла ценности, но Альберт любил жить красиво. У него весь домик любовницы обставлен, как комиссионный магазин. Бывшей любовницы. Дурная баба начала качать права, что она устала прятаться ото всех. Альберт другое обещал… Мальдивы и Канары! Назвала его неудачником и простым ворьем.