— Такая! Видели, мы там площадку перед ремонтными мастерскими с ключами и обувью залили? С разворота бетоновозчик нашу дорогую Валечку и замял. Не заметивши… — Санек хлюпнул носом, представив сию ужасную картину.
Слезу пустил. Куснул огурец и стал печально пережевывать.
Зубр тяжелыми шагами добрел до другого кресла. Опустился. Дрожащей рукой вынул из кармана платок и утер, выступивший на лбу пот.
— Почему я не знаю?
— Не хотела она, голуба наша, шобы на публику ее жалели. Так и сказала: «Меня ни для кого нет!» — повторил Валькины слова.
— Будешь? — Лева достал из внутреннего кармана серебряную фляжку с коньяком.
Тряхнул, чтобы там забулькало.
— Не-а! — замотал головой Горбунков, зажимая рот рукой, будто боялся, что ему насильно заливать станут.
Он с некоторых пор ни капли в рот не брал. Слово дал честное Овощебазе, что больше «ни-ни!». Держится пока, не поддается демонам пьянства.
«Жизнь слишком коротка, Сашок, чтобы тратить ее на подобное дерьмо. Ты чуть не окочурился, связанный в подсобке. И что позади? Есть чего вспомнить?» — учила уму Грановская.
Зубарев сделал большой глоток. Поморщился. Принял из рук Санька новый огурчик. Закусил. Стал искать по карманам сотовый телефон, чтобы позвонить в больницу. Вальке же, наверное, нужны лекарства. Помощь нужна. У врача спросить, что там, да как.
— Она где? В нашей или областной? — мусолил Лева пальцем по экрану, пытаясь заглушить глубокое отчаяние.
— Ой, выписали уже, — переменился в лице Горбунков, растянув улыбку во всю рожу.
Зубарев резко повернул голову, аж позвонки шеи хрустнули. Вздрогнул. Стоит кареглазая Валя жива-здоровехонька. В руках два пакета с апельсинами держит. Смотрит на них подозрительно, переводя взгляд с одного на другого.
— Вы что тут, керосините?
Глава 21
— Сидите со скорбными минами, будто плохое что-то случилось, — она прошлась.
Нет, не как в песнях поют про легкую летящую походку. Валька дотащилась до ящиков. Поставила пакеты. Оценила ущерб по огурцам, перекатив пятерней зеленые овощи для равномерного покрытия. И только потом, встретилась взглядом с незваным гостем. Вопросительно вскинула брови. Она целых два предложения сказала, а ответа все нет.
Зубарев пришел, чтобы помолчать и погрызть немытых огурцов?
— Твой местный дурачок сказал, что ты в больнице после того, как тебя сбила грузовая машина.
В голосе Льва не было претензии. Если только на себя, что повелся на лажу. Нашел кому поверить, ага… Санек с таким же умным видом может рассказывать, что к нему в форточку летают инопланетяне.
Валентина просто пожала плечами. Она — само доказательство обратного, тут и пояснений не требуется. Отправилась до своего рабочего стола, чтобы списать по программе десять килограмм апельсинов. Застучала по кнопкам коготками с лаком темно-вишневого цвета.