Так что собрались мы, да и высунулись из Трака. И, кстати, интересный момент: дым в сигаретине типа был не просто дым. Духоцид, как не занятно это звучит. Сновавшие всюду духи всеми фибрами и жабрами сновали от курильщика и клубов дыма.

— Гозаймаси! — помахал тип нашим любопытным физиономиям лапой. — Не досаждают ли почтенным насекомые? — выдал он, улыбаясь.

— Здрасти, — помахал я лапой, вылезая из трака. — И это вообще — был наезд?

— Агрессивное оскорбление? Ну что вы, уважаемые! Я просто Мусиши, — выдал он.

— Чегось?

— Учитель насекомых.

— Не понял, — начал я проверять окрестности, на тему не провалились ли мы ненароком в небывальщину.

— Погоди, Кащей, — вдруг нахмурилась Зелёнка. — Мастер или укротитель муши?

— Конечно, — покивал тип с улыбкой.

— Азияты, — буркнул толерантный и лояльный ко всяким там. — Нет, проблем с мусями этими у нас нет, и не может быть. А укротитель муси — это вообще как? — заинтересовался я. — У вас вроде оммёдзи там всякие, охотники на Они и прочие типы.

— Они сильны и борются с аякаши. Но с муси может справится только укротитель, — пояснил белобрысый. — Хотя почтенный ван Хонсядзин прилагает усилия и, вскоре, наш путь станет не нужным, — затянулся он самокруткой. — Что и к лучшему, — с улыбкой пожал он плечами.

— Ну, вам виднее. А не расскажите? Интересно, — признал я.

— А мы вас угостим, — поддакнула Зелёнка.

— С превеликим удовольствием, — разулыбался тип.

Кстати, не представился ни он, ни мы, ну да и чёрт с ним. Расположились на обочине, где я усомнился в своих ощущениях небывальщины в очередной раз. Этот белобрысый сожрал не меньше пяти кило еды! Не жалко, но КУДА? С улыбочкой этой, похвалами «великого искусства» Зелёнки, захомячил вагон жратвы, за несколько минут блин!

И начал, даже не раздувшись пузом, рассказывать. Причём, как я понял, этот тип и лекарь, и рассказчик-передатчик посланий (что вроде и не особо, но бывает по нынешним временам нужно). Этакий мастер на все руки, хотя со специализацией на мусях.

И в шкапе (в котором оказалось дохренищща выдвижных ящичков) у него артефакты, алхимические ингредиенты и всякое подобное. То есть, тип не маг, а ритуалист. И немного — алхимик. Творит ритуалы, варит зелья, шугает мусей и лечит от мусизма разной степени тяжести человеков и метачеловеков.

— Хотя, последний год, и Они обращаются за помощью, — вещал он. — При всей своей силе они, подчас, оказываются беспомощны против муси.

— Это хорошо, — одобрил я вот всё вот это. — А не расскажите ли, что творится на Окинаве? Сами мы не местные и всё такое. Туристы, да.