И неизвестно, как бы он справился с соблазном, если бы оная особь не напоминала своими повадками одну тощую апрольскую занозу. Этой душниле в платье горничной почти удалось лишить Пашку аппетита во время ужина, хотя владелец едальни не поскупился на вкусняхи. Видимо, рассчитывал приобрести в лице юного наездника постоянного щедрого клиента.
Алу взирал на процесс соблазнения с непробиваемым спокойствием, с видимым аппетитом налегая как на дарёные деликатесы, так и на блюда, которые доставили к ужину с дворцовой кухни.
Все происходило в комнате апрольца, куда Пашка и притащил заветную корзину. Хавать деликатесы в одно лицо претило его натуре — за компанию в сто раз вкуснее! Да и чем не повод продлить общение уже без лишних ушей и длинных языков. Пашка и глазом моргнуть не успел, как Алу вызвал обслугу, чтобы сервировать стол на двоих. Вот так эта девка и оказалась на ужине в качестве обслуги и блюстителя этикета. А Пашка-то надеялся потрапезничать по-простому, в стиле пикника. Ну, очень не хотелось напрягаться. Хотя тоник, благословите шельмы производителя и бдительную тётю Олю, отлично помог даже после выматывающего ментального сканирования и нелёгкого разговора с венценосным.
Надо признать, что «домашний» прикид старшего товарища удивил апрольца так, что гипсовая маска на его лице чуть дрогнула. Сам он был всё в той же одежде, в которой ходил на прогулку. Как оказалось, ему просто не во что было переодеться. Служащий, которому было поручено снабжение сомнительного гостя (все знали, что сюда этого постояльца перевели с нижних уровней, а там, как известно, казематы), не предложил, а Алу не спросил. То ли не догадался, то ли апрольский гонор взыграл. Таким образом, у бедняги имелась та одежда, что на нём, а еще подобие пижамы и халат. Ну и прислуга, которая всё это освежала магией.
Пашка для начала крепко выматерился. Разница между магическим очищением и стиркой с водой и мылом, как между прохладным душем в жару и обтиранием влажными бактерицидными салфетками. Вроде чисто по всем параметрам, а ощущения так себе. Познается только в сравнении. Он едва удержался от того, чтобы немедленно учинить скандал с привлечением тяжелой самоходной артиллерии в лице тёти Симы, но взвесил последствия и подавил порыв на корню. С идеей товарищеского ужина тогда пришлось бы проститься. В конце концов, апролец и сам не малыш — мог бы порешать этот вопрос, если бы ему было так уж некомфортно. А между матюгами и здравыми мыслями Паха удивился, как вовремя сболтнул Эрику про покупку чего-то удобного для апрольца. Ведь ничего такого по предвариловке и в мыслях не было, просто накидывал, что в голову приходило.