— Пару таких тапок в довесок к сапогам возьмём.

— Зачем же такая обувь, господин? Пальцы голые, пятки голые… Чудная обувка.

— Да по дому ходить, мастер. И не босиком, и ноги от сапог отдыхают. Ноги сунул и пошёл до туалета. Так сделаете, мастер? Только мне вот прямо сегодня нужно. В подарок.

Уважительное обращение сапожнику явно льстило, но хвататься за новую работу он не спешил.

— Значит, просто по дому ходить? Или вам, господин хороший, именно такой фасон требуется?

— Да любой, лишь бы тапки.

— Смешное слово, — улыбнулся в усы обувщик и попросил подождать. Через пару минут он вынес недошитую пару легких туфель. Сейчас это больше всего походило на глубокие чешки без задников. Мастер показал, как планирует срезать излишки кожи, и Пашка радостно закивал. Уговорились, что подошва все-таки нужна потолще. И все. Украшательств никаких не надо.

Мастер работал быстро. Быстрее, чем Алу выбирал свои сапоги.

А дальше был забег по базару. Вдоль, поперек и по всем диагоналям. Даль страдал молча и на показ. За это его нагрузили кучей свертков. Хвалился, что универсал? Левитация тебе в помощь! Алу тоже устал, но этому было хотя бы интересно. Пашка старался рассказывать, что, кому и для чего покупает, но обстановка не располагала. Да и время поджимало. Больше всего повезло хуторским мастерицам — землянин просто смел весть товар, который можно притянуть к процессу рукоделия. Нитки, тесьму, бусины, иголки… Ну и заодно холщовый баул для всего этого добра у торговца выпросили-выторговали. Вот этот баул и парил над толпой, постепенно наполняясь. Варим куксился, но помалкивал, ибо взбунтоваться не мог — пусть редко, но они замечали такую же парящую поклажу. Это значило, что маги не считают зазорным вот так неаристократично закупаться на базаре. Это был удар по вере гвардейца в свою избранность.

— А почему ты у книготорговца торговался, как будто за жизнь боролся, а здесь платишь, сколько попросят? — неожиданно поинтересовался Алу, а Хирд навострил ушки. Он уже умял запасную шаурму и был счастлив: в новой курточке тепло, в брюхе приятная тяжесть, и скоро обещанные три монетки получит. А еще с этими господами так интересно! И совсем не страшно!

— Ну, не всегда, — не согласился землянин. — Я же немного менталист, чую, когда меня обдурить пытаются. С такими торгуюсь нещадно. А здесь народ большей частью на прокорм зарабатывает. У них нет возможности ждать пока найдется олух, который купит за дорого. Им лучше две монетки сегодня, чем пять когда-нибудь потом. Поэтому цену просят скромно. Таким труженикам лишнюю денежку приплатить не жалко. Чай, не последняя она у королевского наездника.