У меня было ощущение, что Дамиен пытается избавиться от меня. Самолично выкинуть на свалку и не видеть больше. Почему-то именно это ассоциировалось с его поведением в данный момент.
И всё не давало покоя – кто такой Тревор?..
По телевизору и в библиотеке я множество раз натыкалась на имя принца. И оно звучало так – Его высочество Мартинес Романо.
Мартинес Романо... Кто тогда, чёрт возьми, этот Тревор, которому я нужна?!
Дрожь в теле усилилась, теперь уже зуб на зуб не попадал. Меня лихорадило, и крупные мурашки бегали по коже от холода и едва начавшейся болезни. Я поджала губы, собирая остатки сил в теле, чтобы встать и дохромать до тёплого уютного помещения. Оно было не таким уютным, как то, куда меня ещё недавно завела мать, но очень даже ничего по сравнению с промозглой и дождливой улицей.
Я снова услышала звон колокольчиков на входе в кафе. Перевела туда прищуренный из-за дождя взгляд и наткнулась на полную женщину. Она держала в руках мой чемодан и куртку, что остались в кафе.
– И нечего тут барахло своё оставлять, – сказала она, поставив мой чемодан на крыльцо у ног Дамиена, а куртку вручила ему в руки. Затем удалилась, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Я обхватила себя руками, растирая плечи. Сидеть под дождём было совсем нехорошей идеей, ведь я и так чувствовала, что заболеваю. Попыталась встать, и у меня вышло, но лишь на колени. Я взобралась на ступени, где был хоть какой-то навес, что спасал от безумного дождя – почти ливня.
– Дай мне куртку, – сухо сказала я, протянув руку ублюдку, что снова возвышался надо мной. Властно и смотря свысока. Ненавижу...
И, конечно, он мне дал её. Только не так, как бы мне хотелось. Куртка была брошена мне в лицо, металлической собачкой ударяя по брови. Я глубоко вдохнула, мечтая, чтобы этот урод исчез. Испарился с лица земли. Как жаль, что вселенная не обращает на меня внимание, когда я о чём-либо прошу её...
Я положила куртку на колени, а из чемодана достала небольшое полотенце. Мне хотелось протереть руки и голову, прежде чем надевать куртку. И я бы так не поступила. Зашла бы в кафе, и лучше в уборную и привела себя снова в порядок, только вот встать не получалось. И холод совсем путал мысли. Я вела себя странно, нелогично.
Дамиен всё это время курил, что-то быстрыми пальцами печатая в телефоне. Это было даже удивительно. Казалось, он снизошёл хотя бы до того, чтобы подождать, когда я немного обсушусь и буду готова. Только вот к чему мне быть готовой?..
Я делала всё так медленно, руки не слушались. В висках стреляло, и веки собирались закрыться. Очень хотелось лечь спать, но мне было негде. От этих мыслей становилось ещё хуже. Настолько, что, когда я складывала уже мокрое полотенце в стопочку, из моих глаз брызнули слёзы. От отчаянья, от бессилия...