Поясница отдавала слабой болью, отчего я в какой-то момент решила унять зуд. Прикоснулась к ней и остановилась. Рубашка сзади была навыпуск, о чём я забыла. И я тут же принялась поправлять одежду, проклиная истинного за то, что в очередной раз прикоснулся к моему телу и даже позволил себе такое. Это ведь я должна была коснуться его. Хоть и не по собственному желанию, а ради мести.
Пока я дёрганными движениями заправлялась, Дамиен оказался рядом со мной. Остановился и непонятным взглядом наблюдал за мной сверху вниз.
– Мне вот интересно. Ты знала, что после девяти вечера мне нельзя появляться в твоём корпусе, как и тебе в моём? И где-же мы будем ночевать?
Я наконец-то справилась с рубашкой, после чего опустила руки вдоль тела и кинула взгляд на Дамиена.
– Это разве мои проблемы? – я изогнула бровь, спрашивая это. – Жаль, что боль действует на обоих.
– Хочешь, чтобы мне было больно? – со смешком спросил он.
– Конечно! А ещё, чтобы ты исчез из моей жизни навсегда. И я очень расстроена, что ты сейчас не за тысячи километров, – ещё раз окинув истинного брезгливым взглядом, я продолжила путь.
– Но на мне твоя метка. Ты влюблена в меня, Элла, и отрицаешь это. Показываешь, что не рада мне.
– Да что ты...
Я так возмутилась сказанному, что чуть воздухом не подавилась. Резко остановилась, поворачиваясь всем корпусом к наглому и бессовестному парню. Сжала зубы и кулаки. Они чесались снова врезать по лицу Дамиена. Только собственные костяшки было жаль.
– Лучше замолчи! – не сдержалась и крикнула в его лицо. – И знаешь, ты абсолютно прав! Когда-то в детстве мне безумно нравился мальчик с таким же именем и внешностью, как у тебя. И он был самым лучшем в моей жизни, тот, кто защищал и поддерживал! Тот, благодаря кому моё настроение было на высоте всегда! Но потом в него явно вселился дьявол, и это уже был ты! – я с силой толкнула истинного в грудь. – Безжалостный, бессердечный, бесчувственный. Самый отвратительный во всём мире. Ты, – я ещё сильнее надавила пальцем на то место, где у него должно было находиться сердце, но я была не уверена, что оно вообще существовало, – забрал моего друга и растоптал мою душу. И я никогда не прощу тебя, Дамиен. Никогда.
Я развернулась и ускорила шаг, ощущая жар на лице.
21. Океан
Безусловно, я ненавидела этого парня. И, безусловно, в этом был виноват только он. Мне нужно было придумать, как заставить его страдать, но при этом не попасться под боль расстояния самой. Дамиен сказал, что после девяти вечера мы не можем находиться в других корпусах, кроме своего, а это значило, что у меня есть проблема.