– Ты чего такой взбудораженный, Дами? – спросила мама, когда мы с ней ехали в отель, где они с отцом сняли люкс. – Точно выздоровел? – она прикоснулась к моему лбу, а я похоже расплылся в улыбке от предвкушения. – А ну-ка разверните нас обратно!
– Не нужно, – я накрыл её руку своей, отворачиваясь к окну и стараясь скрыть идиотскую гримасу на лице. Истинный кретин... – Всё в порядке.
– Если ты сейчас же не скажешь, в чём дело, мы вернёмся в больницу, – и снова этот приказной тон, что никак не подходил матери.
Я удивился, поворачиваясь к ней.
– Мне уже двадцать.
– Ты мой сын, даже если тебе пятьдесят.
Моя бровь взлетела.
– Я жду, Дами. Притормозите у обочины, будьте добры.
– Ты серьёзно?
– Не сомневайся.
39. От лица Дамиена
– Очень жаль, что я была такой мамой для вас, – произнесла светловолосая женщина, что сидела рядом со мной на заднем сиденье внедорожника. Моя мать. – Я всё ваше детство старалась отгородить вас от этих светских мероприятий. Желала, чтобы вы не выросли теми, кто кроме денег и власти ничего не видит. Но... Получилось ещё хуже, – уже тише закончила она, с силой сжимая свою брендовую сумку, отчего костяшки её тонких пальцев побелели, сливаясь с белоснежным цветом ногтей.
– Это уже не важно, – сухо произнёс я. Не хотел мусолить прошлое, мне было важно подготовиться к балу, чтобы увидеть свою истинную, а не слушать о том, что ничего не изменит. Мы выросли и теперь уже на нас вряд ли можно было повлиять.
– Для меня важно, Дами, – вновь строго проговорила мать, и почему только я сейчас попадал под её попытку измениться? – Я даже в лагеря вас отправляла в обычные, чтобы вы не связывались с другими богатыми детьми, чтобы не перенимали привычки тех детей, которые живут вседозволенностью. Старалась не баловать вас...
– Перестаралась, – буркнул я, цепляясь за слова мамы. Те, что про лагерь. Обычный, где я в итоге и повстречал девчонку, что бегала быстрее меня, зато не умела танцевать.
– Почему ты улыбаешься опять? Тебе кажется смешным моё желание сблизиться с тобой? Дами, это обидно...
– Прости, – я отмахнулся, отрицательно покачав головой. – Я думаю не об этом.
– А о чём? Поделись со мной.
– Нет, – отрезал я, посмотрев на маму твёрдым взглядом. Сейчас обсуждать с ней мою проблему не было никакого желания.
– Это из-за метки, да? – спросила она, а я удивился, только уже её проницательности, и, вообще, мама решила сегодня глубоко залезть в мои мысли судя по тому, как вела себя.
– Чёрт, давай просто поедем в этот грёбаный отель, а потом в замок, ладно? – не выдержав напряжения, что появилось в салоне автомобиля, я начал злиться. – Мне не до того, чтобы ты лезла в мою душу.