Он медленно повернулся, казалось, что прошла целая вечность, когда это случилось. А затем стал пристально водить по мне взглядом. По волосам, спине, ногам, вновь возвращаясь в платью. Заметил, всё же...
– Если ты ответишь на мой вопрос, я отвечу на твой, – начала я твёрдо, но на последних словах голос всё же дрогнул.
– Что случилось? – сразу же спросил он, будто бы пропуская мои слова мимо ушей. В нём появилась озадаченность и напряжение.
Но я молчала. Не хотела идти у него на поводу, пока и он не расскажет мне то, что мне, действительно, хотелось знать многие годы. Я ведь постоянно задавалась вопросом о том, почему друг детства предал меня, почему растоптал то крепкое между нами. И спустя несколько секунд, за которые Дамиен даже не пошевелился, он, наконец-то сказал:
– Ты возненавидишь меня ещё больше, Элла. Но, если ты так хочешь... Тебя оклеветали девчонки, а я поверил. Всё просто. Можешь считать меня последним трусом, который поверил отсталому брату, а не верной подруге. Твоя очередь, – он произнёс это так быстро, словно знать о том, почему моё платье в таком виде ему было куда важнее, чем наше общее прошлое.
Я поджала губы, кивнув несколько раз.
Ясно. Значит Дамиен не желал вдаваться в подробности и удовлетворять мой интерес. С чего вдруг я вообще подумала, что будет иначе? Из-за его слов, что он наговорил незнакомке?..
– Твой брат. Матей. Это сделал он после того, как поставил меня на колени перед своей ширинкой, – также быстро выпалила я, желая, чтобы он как можно скорее покинул вип-комнату. Мне хотелось остаться одной, пока не вернулась Натали, и разреветься.
Дамиен медленно подошёл к столу, и я даже не напряглась от этого его движения. Взял бутылку с алкоголем и выпил некоторое количество прямо из горлышка. А затем резко швырнул её в стену, отчего я вздрогнула и зажмурилась. Послышались шаги, после чего хлопнула дверь. Мои ноги подкосились, я упала, и тогда нервы не выдержали – я заплакала.
35. Больница
В эти выходные мне, наконец-то, удалось вырваться в город, чтобы прикупить кое-какую канцелярию, встретиться с Габриелем и папой, которых я не видела уже несколько недель. Как, впрочем, и Натали, но подруга сейчас находилась в том же исправительном учреждении, где подрабатывала летом. Правда уже как пару недель она работала там на постоянной основе, и я жутко скучала по ней.
Солнце сегодня совсем не грело, отчего я одной рукой придерживала горловину куртки, чтобы холодный воздух не проникал под воротник, ведь из-за мыслей, что мешали мне последние дни нормально учиться, я забыла надеть шарф. И руки мои мёрзли, даже несмотря на то, что я была в перчатках. Мне последнее время, вообще, было холодно. Казалось, что лёд поселился в моём сердце, чем заблокировал хоть какую-то надежду на любовь в моей жизни. А я и не хотела ничего менять.