– Чего нахмурилась? Что-то не так? – тут же спросил Тревор, поворачивая меня за плечи к себе, заглядывал пристально в глаза.
– А, ничего такого, – отрицательно помотала головой. – Просто вспомнила кое-кого.
– Видимо кого-то не очень хорошего, – он сузил глаза. – Ты знай, Нориэлла, теперь у тебя есть я, – он положил мою ладонь на свою грудь, где спокойно билось сердце. – И я никогда не дам тебя в обиду, чтобы тебе не пришлось пережить ранее, поняла?
Я выразительно кивнула.
– Так точно! – выкрикнула довольно громко, а потом вспомнила, что Дамиен, судя по всему, друг Тревора. – Подожди, – остановила его, когда мы вновь пошли по коридору. – А ты знал, что в тот день я удаляла метку истинности?
– Что? Метку истинности? – брат напрягся, его желваки заходили ходуном. – Зачем? И кто он?
Я громко выдохнула. Значит Дамиен ничего не сказал друзьям. Наверняка и Мартинес не знает. Что ж, мне и самой как-то не хотелось начинать жизнь с родными людьми с плохих новостей. О том, что их друг так поступил со мной. С другой стороны, мой рот открывался и закрывался, мечтая нажаловаться брату на чудовище, что сломало мне мечту.
– Я тебе расскажу чуть позже, ладно? Это не совсем хорошая история, а портить настроение сейчас не хочется. Пойдём лучше скорее, я так соскучилась по Габри, – улыбнулась и повела озадаченного парня за собой.
Я задумалась. Разве та женщина из центра истинности не позвонила сообщить, что видела меня? И почему вообще меня нашёл четвертый сын семьи Лам де Вель? Он явно не спроста в кафе заходил...
– Ты ведь думаешь сейчас об этом, да? – спросил вдруг брат, но продолжил идти. – Я чувствую твоё напряжение.
Я кивнула. И даже собиралась всё высказать, но мы подошли к двустворчатой двери.
– Ну что, готова? Не переживай, Нориэлла.
– Называй меня Нора, пожалуйста, мне так привычнее.
– Прошу, Нора, – он открыл дверь, пропуская меня первой, но руку не отпустил.
Я первая сделала шаг, сразу ощущая в воздухе сильное переживание. Я не знала, как такое возможно, но чувствовала это! То, что мелкими иголочками кололо внутри.
Двое мужчин сидели в креслах, между которыми стоял столик. Тут было всё в тёмных тонах, только солнечные лучи через высокие окна освещали пространство, но и этого было мало.
Один из них был Габри, что листал какую-то книгу. А вот второй – король, и он резко поднялся на ноги, стоило мне переступить порог. Словно почувствовал наше появление, ведь никакого шума мы не создавали.
Габри оторвал взгляд от книги, а затем воскликнул:
– Нора, дочка, – отложил книгу и встал с кресла.