Степняки немного помедлили, размышляя, как быть, стоя у входа в поле. И после, наверное, десяти минут нерешительности начали втягиваться. Все. Видимо, посчитали, что Андрей наконец-то ошибся и сам себя загнал в ловушку очередным манёвром уклонения.

Парень слез с коня и начал снимать с него всё лишнее.

— Ты чего делаешь? — спросил Аким.

— Готовлюсь к бою.

— Но зачем? — удивился он. — Вон они заходят на поле. Нам нужно чуть подождать и отойти за пепелище.

— Мы заманили их в засаду тульского полка. Так?

— Так.

— А мы с тобой в каком полку служим?

— Э-э-э… — задумался Аким.

— Да и что о нас подумают остальные? Не боишься предстать перед полком трусом?

— Мы их таскали на своём хвосте столько дней! — воскликнул Аким.

— Мы от них бегали столько дней. Или ты думаешь, что злые языки не станут так говорить? Столько дней старались, и теперь всё коту под хвост? Думай сам. Можешь отходить за пепелище. Но я их атакую.

Аким промолчал, насупившись.

Остальные тоже.

Но буквально секунд двадцать спустя всё так же спешились и начали готовиться к бою, снимая всё лишнее с коней и стараясь их облегчить по максимуму.

Минуты через три дело было кончено. И Андрей вскочил в седло. Рядом поднялись на коней остальные воины. А кошевые спешно начали отходить за пепелище, уводя заводных и вьючных коней.

Андрей перекинул ножны с саблей на правое бедро. Доставать клинок стало менее удобно. Однако появилась какая-никакая, а защита совершенно «обнажённого» правого бедра. Повторять судьбу Егора парню не хотелось. Понятно, что ножны сильный сабельный удар не отразят. Но сильно ослабят. А учитывая смещённый центр тяжести и асимметрию клинка, вполне может быть, что при столкновении с ножнами сабля сыграет, и её вывернет. В любом случае такая защита — это хоть что-то. Эрзац. Но пренебрегать Андрей ей не стал. Как и остальные.

Потом они воткнули в токи свои довольно длинные клеёные копья. За спину закинули трофейные короткие лёгкие копья с импровизированными лямками, которые им сами приладили в духе более позднего крепления бердышей или винтовок. Сабля саблей, а короткое лёгкое копьё — штука полезная. Да и длиннее сабли, что давало определенное преимущество в свалке.

Поправили щит, проверив крепления.

Подтянули ремешки шлемов.

И замерли, ожидая команды.

Татары же тем временем приближались…

И Андрея охватило чувство страха. Атаковать настолько превосходящие силы выглядело безумием. Самоубийством. Глупостью в высшей инстанции. Давненько его такой страх не скручивал. Аж по всему телу онемение пошло и лёгкий тремор.

Чуть скосился по сторонам.