Ну как немного?
Они всё же уединились в кустиках на берегу реки для более приватного общения. Не устояли перед соблазном. Так что когда он вышел оттуда, то его встретили улыбающиеся, скорее даже ухмыляющиеся лица соратников.
— Ну а что вы хотите? Видите, какая нервная. Нужно было утешить.
— Вожжами бы огрел, и делов.
— Со пылкими бабами так нельзя. А она меня потом так накормит, что неделю животом мучиться буду. Не. Лучше так. И приятно, и для дела полезно.
Все поржали.
Более того — скабрёзного настроения воинов хватило на то, чтобы они ещё несколько часов обсуждали это событие. Ведь Марфа не молчала, и стоны её были хорошо слышны. Андрей же улыбался про себя, будучи доволен тем, что увёл мысли своих воинов от ненужных вещей. А то они вон какие хмурые стояли, наблюдая за их с Марфой сложным разговором. Не требовалось великого ума, чтобы понять, что они обсуждали…
Часть 2 Глава 4
Глава 4
1554 год, 18 июня, где-то южнее Тулы
— Что там? — спросил Андрей у Акакия, который раньше времени вернулся из передового дозора.
— Татары. Но меня они заприметили.
— Погнались за тобой?
— Остановились и начали руками показывать.
Андрея это немного удивило, и он поехал вместе с Акакием посмотреть на супротивника. Однако, когда они достигли того места, где дозорный обнаружил отряд, его там уже не было. Точнее, за лесом скрылся последний всадник и несколько лошадей.
— Какие они были?
— В каком смысле?
— Доспехи. Разглядел их?
— Далеко.
— Не пастухи-разбойники?
— А чёрт их знает? Может, и они. А может, и нет.
Парень задумался.
Обычно в России размышляют над вопросами «Что делать?» и «Кто виноват?». Но тут Андрей загрузился на другую тему. А именно: какого лешего они творят?
Что его смутило?
Практика боевого охранения на Руси отсутствовала как категория, поэтому одиночный вооружённый всадник, который заметил их и резко свалил, вряд ли ассоциировался бы ими с чем-то подобным. Тем более что у них у самих тоже такая штука не практиковалась.
Почему они тогда отвернули?
Посчитали себя очень слабыми? Из-за чего избегали боя? Но тогда отчего так медленно улепётывали? Ведь явно же не спешили. Времени смыться у них хватало. А так — словно специально ждали, чтобы хвост показать.
Если предположить, что они везли что-то ценное, являясь караваном торговым, то чего им бояться? За разгром торговцев Царь по головке не погладит. Наоборот, чем скорее установится контакт с местными, тем лучше и спокойнее для купцов в этой беспокойной земле.
Контрабанда?
Возможно. Но тогда, как и в первом случае, непонятно, отчего они медлили.