— Вы, шкипер, хоть убейте, но даже вашим каторжникам и оторви-головам я посуду просто так не поставлю! — заявила вчера Ханна, уперев розовые и распаренные после стирки руки в бока. — Я скатерть накрахмалила, смотрите, об складки не обрежьтесь. Здесь вам не эти ваши камбузы с кубриками, понимать надо! Вы не какой-то там занюханый Отто с «Ведьмы» или приблуда Хайям с «Омара»!

Тетка, подперев тонкое лицо высоким черным воротником в жемчугах, даже не вмешивалась. А домоправительница, выросшая из кухарок, удалилась с чувством собственного превосходства и крайне довольная.

— Аккуратнее! — скрежетнул Хорне. — Пятен поменьше.

Так… задумалась даже трость. Остальные, только что весело грохочущие каблуками по лестнице, неожиданно стихли. А Лисс… Лисс, подняв скатерть с одной стороны, закинула на стол ноги, начав крутить на них кукиши.

— Не дури! — буркнул Хорне, хромая мимо и скинув точеные ступни тростью.

— Падумае-е-ешь… — протянула мар-ши и цапнула прозрачный графин со смородиновым. — Ханна тебя околдовывает, пока ты дома, шкипер. Гляди, женит на себе!

И подмигнула, зараза.

— Да садитесь уже! — начал выходить их себя Хорне. — Что встали? Нам решать нужно, когда отходим, как отходим, что необходимо!

Марк кашлянул. Хорне, почти радостно, уставился на него, наваливаясь всей тяжестью взгляда.

Безантец, за прошедшие годы, почти не поменялся. Коротко подстриженные черные волосы, всегда гладко выбрит, шрам вот появился, уходя из-под правого глаза и прячась где-то под подбородком. Марк не любил яркого, и сейчас пришел во всем сером, разве что дорогом. Даже рубашку умудрился найти серо-стальную, почти поблескивающую в робком дневном солнце, заглядывающим в окна.

Квартирмейстер «Мариона» явно хотел спросить что-то важное, но Свалк, аккуратно устроивший шляпу на лишний стул, восхищенно каркнул, оглядываясь:

— Чтоб мне в луже утонуть, шкипер! Почему ты нас раньше сюда не звал⁈

Так-так-так… раздраженно стукнула трость. Что за утро, подвергающее сомнению все моральные принципы шкипера Хорне, а? Почему ему вдруг стало приятно из-за неподдельного восторга дряхлого пьянчуги, оглядывающего коллекцию как сокровищницу Императора Тысячи Островов? И кто из присутствующих тут чего не видел, я вас спрашиваю, а?

Лисс, прятала улыбку за бокалом, Марк, как всегда невозмутимый, смотрел перед собой… Остальные пялились. Пялились как подростки, подглядывающие за женщинами в термах, как дети, восхищающиеся жонглерами на рыночной площади, как…

— Хайни, тут и впрямь красиво, — Лисс кивнула и показала бокалом на птичьи веера, окаймляющие клинки, — нет, ну правда.