— Да етит твою мать же! — заорал Эдик с риском откусить себе язык, развернулся и схватился за руль.

Если он не сможет удержать управление, ему через две секунды кердык.

Удержал.

Но о стрельбе можно забыть. Дорога пошла такая, что руль отпускать даже мысли не возникало. Да и дорогой это сложно назвать. Здесь, похоже, в распутицу проходили «Уралы», и набили глубоченные колеи. Те со временем заросли, и теперь под колёсами «Нивы» хрустели кусты, а молодые сосёнки хлестали по капоту колючими лапами, упруго прогибались под бампером.

— Только не в тупик, только не в тупик, — причитал вполголоса Эдик, стараясь не посадить машину на брюхо.

Слава богу, просека шла насквозняк. Минут через двадцать сумасшедшей езды, колеи сгладились, дорога сделалась ровнее, а вскоре упёрлась в нормальный просёлок. В смысле наезженный. Эдик, не думая, свернул налево и притопил. Отрыв между ним и преследователями стал увеличиваться.

Но ненамного и ненадолго — костяные твари тоже прибавили в скорости и стали сокращать расстояние.

И это откровенно печалило. Немёртвые не знают усталости и будут гнать жертву, сколько потребуется. В конкретном случае — пока в баке не закончится бензин.

Но Эдик не собирался сдаваться.

* * *

Прошёл ещё час. Погоня продолжалась.

Лесные заросли остались далеко за спиной, дорога запетляла в полях вдоль посадок ветрозащиты. Справа сплошняком торчали подсолнухи, ещё молодые. Слева вызревала пшеница, ещё зелёная. Ну, или рожь, Эдик не особенно разбирался. И так, насколько хватало глаз.

«Нива» рычала мотором впереди, виляла разбитой подвеской, из последних сил выжимая едва пятьдесят. Мёртвые арбалетчики терялись в густых клубах пыли метрах в ста сзади. От таких гонок нормальные кони дохнут, а эти ничего, скачут. Не отстают.

Вот ведь твари!

Одна радость — обстрел прекратился. Возможно, болты подошли к концу, возможно, расстояние сказывалось. В любом случае выяснять причины Эдик не хотел. Сейчас у него было единственное желание, вернее два. Очень сильных. Первое — чтобы костяные твари сгинули, наконец, и второе — выбраться к людям.

Удивительно, но высшие силы его услышали. И отозвались.

Впереди показалась полоса насаждений, которые обычно растут вдоль магистралей и трасс. Минут через пять в густой зелени проступил прогал перекрёстка. И понизу — серый мазок. Долгожданный асфальт.

До перекрёстка осталось немного, когда в рык мотора, скрип многострадальной подвески и шум от колёс ворвался новый звук. Эдик поначалу даже растерялся, не сообразил, что это такое. Понял, лишь когда перед глазами промелькнули две белых машины. С голубой полосой повдоль, буквами «ДПС» на борту и проблесковыми маячками на крыше.