Охранники вскочили, потянулись к оружию, но поздно. Очередь из моего автомата прошила воздух, и вместе с их телами в холле всё пришло в движение. Кровь брызнула на пластик, посыпались искры, осколки мониторов, звон гильз рассыпался по бетону.

Руки сработали на удивление четко, стрелял я почти не целясь, будто на интуиции. Но выстрелы все легли в цель. Вместо дежурной смены — три трупа.

Я подбежал к поваленным, одним движением сдёрнул с поясов связки электронных ключей — карточки-пластины на тросиках. Сорвал обе связки, сунул в карман.

Как вдруг за спиной раздался шорох. Инстинктивно я бросился на пол. Вовремя!

Тра-та-та!

Пули прошли выше, разнесли кромку монитора. Перекат, уход за тумбу стола. Этот стол меня не спасёт — тонкий металл и фанера — но так в меня хотя бы сложнее попасть. Из-под ребра столешницы я высунул автомат, короткими очередями прижал тех, кто стрелял из глубины коридора. Их было трое. Один с автоматом и двое с пистолетами.

Короткая перестрелка — и автоматчик упал, скосило его моей очередью. Я дожал спуск, пока не понял, что магазин пуст, и тут же выхватил второй автомат. Но ликвидировать тех, кто работал с пистолетами, оказалось сложнее. Эти, словно шакалы, расползлись по закуткам коридора, залегли с разных сторон, и стоило мне только высунуться — сразу били с двух стволов.

Я перенес прицел на потолок. Полоснул очередью по лампам. Хрупкое стекло с треском посыпалось вниз, помещение погрузилось во тьму. Лишь слабые отблески последнего уцелевшего монитора давали хоть какой-то свет, да и тот бесследно рассеивался в полумраке через несколько метров.

Перекат, перебежка — я сменил позицию. За спиной полыхнули две вспышки, бах-бах — вдогонку, искры высекло из бетона совсем рядом, пули скакнули рикошетом по стенам.

Я уже понимал их расположение — бойцы выдавали себя вспышками выстрелов. Я вжал приклад и дал очередь туда. Один вскрикнул — и сразу затих, только слышно было, как пистолет его упал.

Оставался второй. Он сразу оживился. Мы снова сцепились в перестрелке, я патронов не жалел, торопился к Оксане. В груди гудел адреналин. Я совершал выстрел за выстрелом, но вскоре магазин опустел. Второй автомат «мёртв».

Пистолеты есть ещё на трупах. Но придется открыться. Под действием вещества мозг работал невероятно чётко, и, перебрав воспоминания, как кадры, я вспомнил про огнетушитель, висящий на стене.

Я растворился в темноте, прополз ближе. Нащупал металлический цилиндр, дёрнул с крюка. Размахнулся и вложил в бросок всю силу. Огнетушитель со свистом улетел в угол, где засел противник, и гулко ударился о бетон.