— А что отдел? — я усмехнулся. — Личный состав крепкий, костяк руководящий на месте. Я в полях больше пользы принесу.

— Фух, — Мордюков достал платочек, вытер пот со лба. — Ну, в чём-то ты прав. Но… Удивил, конечно. Я ведь за тебя уже везде словечко замолвил, мол, есть достойный кандидат. Это что мне теперь, нового начальника кадров искать?

— А что его искать? — вставила Кобра. — Вы же сами говорили, в инспекторах по кадрам ребята толковые есть.

— Толковые… — Мордюков махнул рукой. — Бумажки перебирать умеют, это да… План составить, занятия провести… а жилки нет. Не хватает им чуйки, нюха, что ли… как это сказать… вовлеченности в дело. Короче, не умею я красиво говорить. Ну, вы поняли.

— Мы видели свежее интервью с вами, как вы не умеете красиво говорить, — усмехнулась Кобра.

— Это другое, — фыркнул Мордюков. — То на публику. А сейчас вот стою и говорю честно, без камер — озадачили вы меня, ребятки. Ладно, не осуждаю. Вы в чём-то и правы. Раскрываемость в отделе ведь не из воздуха берётся, это ваша работа. И в ней вы лучшие, с этим не поспоришь, конечно.

Он развернулся, направился к двери, но обернулся уже в пороге:

— Ладно. Три дня, Яровой. Через три дня придёшь и скажешь своё окончательное решение. Ясно?

— Так точно, товарищ полковник, — отрапортовал я, чтобы Мордюков уже быстрее отвязался.

— То-то же, — хмыкнул он и вышел.

* * *

Когда дверь за начальником захлопнулась, Кобра перевела на меня взгляд. В глазах её мелькнула лукавая искорка, и она тихо проговорила:

— Может, зря отказался?

Она будто проверяла, насколько твёрдо я буду стоять на своём.

— Ну, ты тоже туда же? — усмехнулся я. — А кто ж тогда тебе помогать будет?

— Да ладно, Макс, я шучу, — не выдержала Оксана и разулыбалась.

— Шутит она… — я покачал головой. — Я уж думал, ты меня сбагрить в кадры хочешь. Избавиться, значит?

— Как ты вообще мог такое подумать? — нахмурилась Кобра и после секундной паузы с куда большим возмущением повторила: — Нет, как ты вообще такое обо мне подумать мог?

— Да ладно, расслабься, — улыбнулся я в ответ. — Я тоже шучу.

Мы переглянулись — и оба рассмеялись.

Обсудили последние новости и снова вернулись к серьёзным темам.

— И всё-таки, Макс, — сказала Кобра, — у меня такое чувство, что всё только начинается. Да, Бульдога ты вывел на чистую воду, но он ведь был лишь одним из многих, верхушкой айсберга.

— Угу, — кивнул я. — А айсбергу этому прозвище есть — Инженер. Ума не приложу, что он за человек и, главное что задумал. Когда не понимаешь ни цели, ни мотива, то искать и распутывать клубок гораздо сложнее. Может, какую-то новую наркоту хочет в массы внедрить?