Обе смотрели на меня осуждающе, причём удивительно синхронно, ансамблем, а я лишь улыбнулся. Перекинул рюкзак через плечо и направился в общагу. Там было шумно, тесно и далеко не так уютно, как в этой квартире с запахом духов и жареной курицы, но, по крайней мере, без претензий и сцен.

* * *

Сегодня была суббота, и я решил посвятить её настоящим мужским делам. Надо было заглянуть в магазин, затариться продуктами, потом устроить стирку. Стиральной машины у меня своей не имелось, поэтому приходилось пользоваться Иркиной. Та стояла в бытовке на этаже, в ряду прочих машин жильцов. Каждый тут ставил свою.

С утра я уже составил мысленный список: хлеб, тушёнка, картоха, селедка соленая, пару пакетов макарон, чай. Ну и что-нибудь к чаю взять — пряники или печенье, чтобы жизнь подсластить. А вечером, если получится, хотелось устроить себе маленький праздник: включить телек и посмотреть кино.

Я всегда любил отечественные боевики. Да, там много неправдоподобного, стреляют как из пулемёта, автоматы не перегреваются, герои могут сутки напролёт бегать с ранениями от пуль, перевязанные разве что платком. Но было в этих картинах что-то своё, родное. Атмосфера, музыка, разговоры на понятном языке, пусть и местами не совсем правдоподобные. За это я их и любил.

Тем более, что новых фильмов для меня теперь было хоть пруд пруди. Всё, что выходило на экраны с 1997 года, было для меня новинкой. Так что даже культовый «Брат 2» я до сих пор не видел. И от одной мысли, что впереди целая коллекция «свеженьких» киношедевров, на душе становилось тепло. Вот только времени их смотреть, как всегда не было.

* * *

Закончив с домашними хлопотами, я наконец вернулся в комнату и только собрался врубить кинчик, как вдруг что-то рыжее и шустрое промелькнуло у меня под ногами. Большое, словно пятно огня, метнулось прямо под стол.

— Стоять, бояться! — скомандовал я незваному гостю, уставившись на четырехлапого нахала.

Из-под стола на меня смотрели огромные зелёные глазищи, круглые, как разрезанные пополам киви, и усы, длинные, будто иглы дикобраза. Рыжая шерсть переливалась, блестела в свете окна — прямая копия алькиной гривы, только в миниатюре.

Вот уж вторжение, откуда не ждали. Сказал бы я этому котею, что несподручно меня вот так огорошивать — самому ненароком пострадать можно. Но вместо этого задал вопрос:

— Ты вообще кто по жизни будешь?

Но тот, разумеется, ответом не удостоил. С важным видом он вылез из-под стола и принялся обнюхивать мебель, хвостом держа равновесие, будто проверял, где тут удобнее метить.