Зато хлеб… хлеб был отменный — пористый, домашний, ещё тёплый, с хрустящей корочкой. Тающий во рту. Вот уж действительно — единственное, что спасало это заведение от полного краха.
Мы сидели и болтали о предстоящей поездке. Коля поглядывал в окно, где стояла его машина — блестящая, ухоженная, словно на выставке.
— Вот гляди, — говорил он, — по трассе спокойно за ночь доедем. Главное, без приключений. Можем меняться, чтобы не уснуть.
— Это ты сейчас так говоришь, — усмехнулся я. — А потом опять окажется, что приключения сами нас найдут.
— Ну, ты ж сам любишь адреналин, Макс, — хмыкнул Коля. — Вечно рвешься туда, где движуха. Я не прав? Вот скажи, что не прав? А?
— Я — по необходимости, — отозвался я. — А ты — потому что дурная кровь играет. Гены… Ха!
Коля улыбнулся, не обиделся. Молодой ещё. Пацан. Вроде, и опер, и служит, и дерзкий, а внутри — тот же мальчишка, которому пока всё кажется простым и лёгким.
«Ничего», — подумал я, — «Будет рядом со мной, научу потихоньку премудростям. Времени у нас много».
В это время к кафе подкатила фура. Громыхнула, сбавила ход и встала почти вплотную к нашему окну, перегородив вид на машину.
— Вот сука, куда встал, — выругался Шульгин. — Сейчас зайдет — заставлю перепарковаться.
Мы подождали. Никто в кафе не зашел. Видно, дальнобой пошёл в сортир или по своим делам.
— Ладно, — сказал я, — пусть стоит, поедем скоро.
Мы доели, вытерли губы дешманскими салфетками, больше похожими на туалетную бумагу. И вышли во двор. Коля шумно рыгнул, отмахнулся рукой.
— Ну ёлки, — сказал он, — у меня изжога уже начинается от этой дряни. Мне кажется, они всё на одном и том же масле жарят. Вообще не меняют его, что ли?
— Почему кажется? — хмыкнул я. — Где ты видел, чтобы в придорожном кафе кто-то масло на сковороде менял?
На язык мне так и просилось — а я предлагал тебе в магаз, ты отказался. Но вслух портить атмосферу я, конечно, не стал.
— Фу, блин, — поморщился Коля. — Больше в жизни сюда не зайду.
— Конечно, не зайдём, — сказал я. — Вряд ли нам ещё раз доведётся мотаться в Камнегорск за беглым уркой. А на обратном пути просто проскочим.
Мы обошли фуру, чтобы сесть в машину.
— Твою мать! — выдохнул Коля. — Это что за хренотень⁈
Он метнулся туда-сюда, схватился за голову.
Машина стояла без колес, на деревянных чурках. Модных низкопрофильных шин и дорогущих хромированных дисков просто не было.
Глава 17
— Коля, — сказал я, — ты мне вот, что скажи, друг сердечный. Как твоя новомодная сигналка на вот это не сработала?
Шульгин озадаченно поскреб затылок, внимательно огляделся по сторонам, будто надеялся, что колёса где-то тут, за фурой, валяются.