— Господин Потапыч, а я?
— А что — ты? — не без сарказма поинтересовался я.
— Ну, слуге столь почтенного господина как вы, надлежит…
— Беспрекословно исполнять указания, быть усердным, преданным и честным с господином, — подхватил я. — Да, Ург, благодарю за напоминание, я это прекрасно знаю.
— Но, это…
— Следуй за мной, — хмыкнул я.
Нет, что слуга изволил пожелать — я прекрасно понимаю. И, возможно, смысл в этом будет, со временем. Но пока — реально обойдётся. И не в деньгах, довольно небольших, дело. А в природе человеческой: что-то надо сначала заслужить, иначе будет не вознаграждение, а моя обязанность. А у меня и так общая «ценность» Урга снизилась, в плане боевой эффективности. Нет, я вообще в бои не стремлюсь, да и если будут — не факт, что туда надо тащить слугу. Но сам факт его фактического пацифизма — некий минус из общих характеристик. Как и инициативная болтливость, это при том что плюсов от его морды я пока и не видел. Впрочем, разберёмся со временем, но обшивать наглую служащую морду я пока точно не собираюсь.
Перекусить я решил в трактире в доме своего обитания, а заодно — выяснить, что у них с пропитанием. В кулинарные способности Урга я верил с большим трудом, точнее в том, что он что-то с писчей сделает, если приказать, был уверен. А вот со съедобностью возникал вопрос, настолько весомый, что я решил не рисковать им задаваться.
Заведение оказалось чистым, приличным — что-то вроде кафе-ресторана, причём уже практически пустым. Парни и девицы-половые толпились у раздаточной стойки, в углу заведения самоотверженно напивалась в умат компания каких-то служащих. Делала это хоть и ответственно, но на удивление тихо и интеллигентно, да и были единственными посетителями. На моё появление один из парней-половых мухой метнулся куда-то в административные недра, вернувшись в компании женщины средних лет. Очень строго выглядящей и одетой — фактически пуританка, я таких не видел ещё: тёмно-синее платье строгих линий в пол, ворот под подбородок, волосы в строгом узле. Высокая и тощая, так что платье, если подумать, выходило оправданным: полувековые сушёные мощи демонстрировать нет никакого смысла, а вот строгое платье создавало такой, весьма рабочий образ. Я бы от такой секретарши не отказался ещё на земле.
— Приветствую уважаемого в трактире «Счёты», — коротко, но уважительно поклонилась эта мадама, удивив глубоким, но почти девчоночьим по высоте голосом, даже сюрреалистично звучало. — Чем можем вам услужить?
— Я — ваш сосед с сегодняшнего дня, арендую жильё. Видом Михайло Потапыч, — представился я.