— Лаш, перекрыть люк льдом сможешь?
— Да, главный. Продержится недолго, они ломают мой холод.
— Сколько точно продержится?
— Минуты две — точно, удержу. Дальше не смогу….
— Действуй! Я — в навь! — рявкнул я.
И, как только сформировалась ледяная пробка-затычка, буквально повалился, уже отрубаясь. Не без иронии успев заметить, что поймала меня именно Лидари, закряхтев: всё же беролак — не игрушечный медвежонок.
В мире мёртвых я оказался второй раз (больше, но сознательно — второй, один раз на тренировке в пригороде Золотого). Был я внешне — в своём шмотье, которое было на теле, ну и в обороте, на что однозначно указывали лапы и заметно выдающаяся морда. Впрочем, как я успел протестировать, это были скорее выверты разума: к форме я, как и в виде «чистой души», был не привязан. Окружал меня не лес, но и не канализация. Мир мёртвых, уж хрен знает по какой причине, не отображал поделки людей «как они есть», стараясь сохранить композиционную целостность «нетронутой природы». И если дорога-тропа была этому месту приемлема, то дома и даже брусчатка — уже нет. Отображалась как торчащие из земли закаменевшие пни, ну и подобные фигни. Так что окружала меня какая-то поганая пещера, с какими-то противными корнями. И вообще — неуютное место, но я сюда попал не округами любоваться. И отсюда — почуял. В сотне метров от меня, на каком-то корне, вольготно раскинулся… человек. Что-то типа Михолапа, хотя и не так, но именно человек, в одежде, с противным мордасом с улыбочкой. Так что сходу я рванул к нему, успев увидеть изумлённо вскинутые брови, услышать жалкий писк «Видом?!!…»
А после волна пламени в виде медведя, которой я стал, накрыла этого типа. И то ли воображение его подводило, то ли ещё что. Но вливаться янтарная энергия в меня стала буквально через секунду.
— Видом, видом, — подтвердил я хрен знает кому, становясь собой-беролаком. — Хрень какая-то. Пота-а-ап!!!
«Шо надо? Отвали, жив-цел, и не мешай мне СПАТЬ!!!»
— С-с-скотина, — помотал я болящей даже в мире мёртвых башкой. — Ладно, в общем — понятно. Но частности мне ни хрена не нравятся, — поставил я веский вердикт, тянясь к телу в мире живых.
25. Добрым словом и пистолетом
В себя я пришёл и открыв глаза любовался на пусть и затянутые в плащ, но довольно монументальные… молочные желёзы Лидари. Эта дамочка, подхватив моё отрубающееся тело, видно не успела увернуться. Или страдает естественной и объяснимой страстью к беролакам. В общем, башка моя покоилась на её коленях, сверху из под капюшона торчал подбородок и прикрывали от опасностей злого мира сисяндры. Хороший вид, положение приятное, но не до того.