При этом, понятно что сейчас начнутся какие-то разборки. Насколько серьёзные и эмоциональные — чёрт знает, но мне надо срочно сруливать. Участвовать в них никакого желания.
— Уважаемый Щебор, любезная Фиалка, — плавно поднялся я из-за стола без перехода. — Общение с вами доставило мне искреннюю радость, — слегка поклонился я. — Но служение не ждёт, — состроил я морду самоотверженно-героическую, не уточняя, какое служение имею в виду. — Так что, пусть и с сожалением, вынужден оставить ваше приятное, — кивок Щебуру, — и прелестное, — кивок Фиалке, — общество. Прошу простить — дела. Рад буду видеть вас и побеседовать ещё раз, время проведённое с вами было приятно, — нейтрально закончил я.
— И мы пойдём. Блага вам, уважаемые, — тяжело поднялся Карий.
— Блага, силы Капру! — прощебетал, поднимаясь, Зорга.
После чего мы из кабака у Идова камня и умаршировали. Вслед нам неслись довольно растерянные прощания и пожелания всякого, дружинник молча хмурился. Фиалка с чуть ли не плачущей физиономией бегала глазами с меня на прибывшего «бывшего». Но вышли без аварий, а я с облегчением выдохнул.
— Пронесло.
— А почему? Михайло, ведь она такая… хорошая дева, богатого рода, и была… — защебетал птах.
— Потому что головой видом думает, а не хером, — пробасил Карий.
— А как…
— Тяжело. Но я справляюсь, — хмыкнул я. — Благодарю за компанию, — кивнул я парням. — Но вот что дальше со службой?
— Со службой нам воевода посыльных шлёт, — опять зщебетал Зорга. — Только жильё наше показать друг другу надо, раз уж в одном ертауле, почтенный.
— Угу, — тяжело уронил Карий, на что я мог только кивнуть.
Мы как бы «организационная единица» выходим, соответственно, на службу «примерно» вместе. Да и те же вопросы с «видоками на поединке», судя по всему, традиционно решаются такими «подельниками-коллегами». Возможно — имеет смысл время от времени устраивать совместный досуг, с пьянками-лядками. Точнее, наверняка так, чего не очень хочется, но надо. От этой парочки, в общем-то, в определённой мере зависит самое ценное, что есть у меня. Я сам, в смысле, так что иметь хорошие и дружелюбные отношения просто разумно.
Птах жил неподалёку, в арендованном эркере, как и я, чем повеселил. Правда, снимал он, по сути, весь чердак всего немаленького дома, да и причины расположения жилья он продемонстрировал очень наглядно, после того, как распрощался. Обернулся в антропоморфную местами, огромную, но всё же птицу, и рванул могучим прыжком ввысь, сделав дугу и заходя «на посадку».
— Даже завидно немного, — негромко пробормотал я себе под нос.