Вот интересно, Хельда это хороший правитель? Почему с ней так сложно? Она не верила в «не могу». Она верила лишь в «не хочу» и «еще не достаточно прижали». А мне сильно не нравится, когда меня пытаются прижать.

Я встретил её взгляд, ощущая всё сильнее разгорающееся раздражение. Ци из ядра начало разливаться по телу, а за спиной непроизвольно начали проявляться крылья.

— Как же меня это утомляет. Можешь попробовать вытащить эти знания из меня хоть сейчас, — зарычал я, — Напади, дай мне повод показать тебе, чего испугались демоны. Я не тот пацан, которому ты когда-то угрожала. Мое терпение не бесконечно, и пора бы тебе это понять, пока ты не наломала дров.

Хельда не отступила ни на шаг. Её холодные синие глаза встретили мой взгляд без страха. В шатре запахло озоном, пространство вокруг нас сгустилось, потяжелело. Я почувствовал, как Вестра, до этого прятавшаяся, вышла из тени у входа — готовая броситься в бой по первому сигналу хозяйки. Но царица лишь медленно подняла руку, изящным пальчиком указывая на мою грудь.

— Показать мне? — тихо сказала она. — Покажи, Керо. Покажи ту силу, что заставила отступить демонов дважды. Ту мощь, что сокрушила Кассиана. Ту тьму, что ты носишь в себе. Покажи мне, правителю Севера, чего я должна бояться.

Она сделала шаг вперед. Холод от нее стал ощутимым физически, иней запорошил края разорванного шатра возле нее. Мои демоническое и драконье начала рычали внутри в унисон, требуя снести эту наглую смертную, поставить на колени, заставить понять ее место. Крылья за спиной материализовались полностью, багровые переливы энергии залили шатер зловещим светом. Ци из «драконьего сердца» хлынула в каналы, обжигая. Татуировки запульсировали на груди, а нити силы сами собой взвились вокруг меня, словно искали «рассекающий ветер».

Тут сквозь раздражение и злость от давления и собственных неудач пробилось ощущение пламени Феникса, вспыхнувшего где-то на границе восприятия. И тут я посмотрел на царицу чуть иначе — и увидел Хельду. Ту самую, что три года назад, у Стены, бросила вызов принцу Айрону и предлагала мне свою помощь. Ту, что приняла под свою защиту Мико, когда это было так нужно. Ту, что когда-то отдала мне драгоценную рукоять Ключа, поверив… или хотя бы сделав вид, что поверила. Ту, чьи шпионы годами искали крупицы правды о гробнице, пока я культивировал в Озере. Она несла свой груз — груз целого царства, балансирующего на краю гибели. А ее ультиматумы, ее ледяной гнев… это лишь броня. Она видела, что рушится мир, и цеплялась за последнюю соломинку — за меня, вечно тянущего время. Но ведь не специально же!