Он никак не мог задушить эту девушку. Александр сжимал её горло, но она рвалась изо всех сил, и никак не хотела умирать. Кудряшов молча проклинал эту не желающую сдохнуть дрянь. Справа, на поясе, у него висел нож, но Александр не решался отпустить девушку хоть на мгновение, ведь совсем неподалёку, подле броневиков, слонялся часовой.

Лицо Либы побагровело. Ноги вытягивались сами собой. Её охватил леденящий страх, но тут что-то изменилось. Руки, сжимающие её горло, исчезли, и она ошарашенно забила ногами, пытаясь отползти назад.

Рядовой Шестаков услышал сдавленный крик со стороны командирской палатки. Он сразу подумал, что турки пробрались на позиции, но чувство сомнения закралось в мысли. Вдруг, это просто командир развлекается с женщиной. Не желая оказаться дураком в таком случае, Шестаков всё же заспешил на звук, сжимая карабин.

Увиденное возмутило рядового до глубины души. Этот самодовольный волонтёр, которого Игорь Шестаков откровенно недолюбливал, пытается снасильничать жену командира! Шестаков бросился вперёд и влепил Кудряшову по голове прикладом.

Кудряшов хмуро и зло глядел на Минуса. Руки его были связаны за спиной. Неподалёку зияла свежевырытая яма. Александр мучительно соображал, пытаясь придумать хоть что-то, но только увидев лицо командира, сразу понял, что смерти не избежать. Покушение на жену он нипочём не оставит без наказания. Но ведь шпионов не казнят на месте, а отправляют для расследования. У Кудряшова на миг проскользнула надежда, что ещё не всё потеряно.

— Кто тебя послал? — негромко спросил Серёга. Случившееся с Либой, казалось, даже пошло на пользу его состоянию. По крайней мере, гул в голове стих на какое-то время. Минус не мог простить себя за то, что едва не потерял Либу.

— Корреспондент, — неохотно ответил Кудряшов, — из «Frankfurter Zeitung». Людвиг Хоффман. Болгарские власти не пропустили его дальше Старой Загоры. Он обещал заплатить десять тысяч марок, если я привезу образец малого пулемёта русских. И за информацию о полке обещал платить.

Это была явная ложь. Отдельно за информацию Хоффман платить не собирался. Он вообще не давал такого поручения. Людвиг должен раздобыть оружие русских, вот и всё. Но самостоятельно сделать это не вышло. Пришлось подкупить случайно подвернувшегося певца, который сдуру явился на войну, отчего-то решив, что болгары платят золотом любым наёмникам, но жестоко в этом разочаровавшемся. Сам Хоффман не собирался никого убивать. Он имел цель тайно купить пистолет-пулемёт у кого-нибудь из снабженцев Испытательного полка, для чего имел очень значительную сумму денег в разных валютах.