— Но разве не странно, что и дед, и отец, и сын настолько увлечены общими идеями, что легко шли на убийства. При этом дед с внуком знакомы не были…

— Так, так, так… Хорошо, что ты оговорился. Не дедушка, а бабушка. У Дмитрия Садовника, члена Общества Духовных Садовников была дочка. Вот жеж, я только сейчас сообразил, этого Дмитрия фамилия Садовников и общество Садовников. Думаешь совпадение? Я так не думаю. И значит в 20-ые годы убивала либо его дочка Елизавета. Либо он сам. Этот вопрос нам надо взять на карандаш. Нужно узнать, что делал Дмитрий Садовников в двадцатые годы и его дочка тоже. Мне почему-то кажется сомнительным, что женщина способна на такие убийства. Надо проверить обоих персонажей. И самое сложное теперь установить связь Бельского со всеми жертвами.

— А если они случайные жертвы? — выдвинул версию Рябинин.

— И все случайные так или иначе связаны со Мгловым. Где тут случайность?

— Тоже верно.

— Так. Давай-ка сначала к тебе в отдел заедем. Надо мне в Ленинград позвонить. Доложить начальству. И надо фоторобот нашим передать. Пусть начинают поиск. Если он вернулся домой, а это вероятно, его встретить надо.

Мы въехали во Мглов, и я повернул К милицейскому отделу. Разговор с Ленинградом занял пятнадцать минут. Я сразу попросил позвать Амбарова и рассказал ему все, что удалось собрать. Он внимательно выслушал, не перебивая. Похвалил, сказал: «Молоток, хорошо сработал». Я правда считал, что похвала не заслуженная. Сергея Степанова мы потеряли, а могли бы спасти, если постарались лучше. Мэгре сказал, что сейчас загрузит наших ребят установлением контактов Бельского младшего и жертв. Мне же поручил, работать дальше по следу отца Бельского и остальных родственников. Надо установить всю наследственную цепочку убийц.

Мы вернулись к машине и продолжил путь до ЗАГСа.

— Я все равно не понимаю, как идея может настолько захватить, что отравит целых три поколения семьи, — признался Рябинин.

— Это не идея, это скорее воспитание. Вот представь себе, если человеку с младенчества показывать зеленые предметы и говорить, что они красные, он приучится к этому. И будет считать, что зеленое — это красное на самом деле. И когда ему сообщат, что это не так, скорее поверит во всемирный заговор масонов, чем в это. Вот так и здесь. Будем считать, что корень всего зла Дмитрий Садовников. Он воспитал свою дочь в своих идеях. Она росла, веря в то, что Садовники могут прозревать будущее и люди делятся на хороших, что дадут хорошее потомство и гнилых, что дадут плохое потомство, способное отравить будущее либо частным людям, либо всему человечеству. Как например один немецкий изверг диктатор. Не будем вспоминать его проклятое имя вслух. Она выросла в этой парадигме. Для нее это была реальность, в которой она ни на секунду не сомневалась. Она вырастила своего сына Ивана Бельского в этой же философской идее. Вполне вероятно, что ее отец приложил руку к воспитанию. Так что у Ивана Бельского старшего не было никаких шансов. Он жил в этой реальности, и она была единственной возможной. Вполне вероятно, что дед объяснил ему, что с этой реальностью можно бороться путем зачистки гнилых веток. И вот он приступил к работе…