А я уже был на лестнице. Стремительный взбег наверх. Дверь открыта и в дверном проеме виден стрелок, замерший у окна. В его руках автомат Калашникова. Он обернулся на звуки стрельбы с первого этажа.

Рысь увидел меня. Его глаза округлились от испуга, который тут же сменился злостью. Он резко обернулся и открыл огонь. Автомат застучал в его руках. Я отпрыгнул в сторону. Пироженко повезло меньше. Он не успел среагировать и оказался на линии огня. Несколько пуль ударила его в грудь и отбросило назад на лестницу. Я вскинул руку с пистолетом и выстрелил.

Один раз.

Другой.

Я не промахнулся. Пули нашли свою цель.

Рысь нелепо взмахнул руками, подскочил, выронил автомат и обрушился вниз из окна.

Все это происходило в какие-то секунды. Я не собирался убивать нашего единственного подозреваемого. И стрелял скорее на обезвреживание, чем на поражение. Кто бы мог предположить, что за этим он сделает шаг спиной в окно.

На ходу убирая пистолет в плечевую кобуру, я выскочил на лестницу и упал на колени перед Пироженко. Степан дышал и выпученными глазами испуганно смотрел на меня. Я осмотрел его. Одна пуля угодила в право плечо, так что не скоро еще он станет самостоятельно щи хлебать. Вторая пуля угодила в живот, но прошла насквозь, не задев жизненно важных органов. Ну, это не точно, а на первый, но профессиональный взгляд. Так что мой вердикт утешительный — жить будет. О чем я Степану сразу и сообщил.

Он вымученно улыбнулся мне.

— Лежи спокойно. Сейчас позову помощь.

Я вылетел пулей на улицу.

Возле парадного крыльца лежал нелепо скорчившийся Рысь. Возле него склонился сержант Окунев. Неподалеку стояла вся наша команда. Амбаров вынул сигарету из мятой пачки «Родопи», захлопал по карманам в поисках спичек.

— Живой, сука, — обернувшись, сказал Окунев.

— Хорошо. Ламанов, ты совсем крышей потек. Это что за коленца. Ты решил угробить нашего единственного подозреваемого? — спросил раздраженно Амбаров.

— Никак нет. Он стрелять по нам начал. Там Пироженко ранили, — сообщил я.

Ефимов, ни говоря ни слова, бросился в дом.

— Беги к Брюллову. Пусть скорую вызванивает. Нам этот лишенец живым нужен, — приказал Амбаров Стрельцову.

Стрельцов бросился исполнять приказ.

— Интересно, какого черта Рысь стрельбу открыл. Подумаешь милиционеры к нему в гости пожаловали. С его трудовой биографией это не удивительно. Для него это как поход к парикмахеру должен быть. Надо осмотреть дом. Что-то тут не так, — распорядился Амбаров.

— И что это за стрельба была. Словно из охотничьего по кабану бахнули? — спросил он.

— Его мама нас неприветливо встретила, — ответил я.