Капитан стоял посреди хаоса, похожий на регулировщика движения, у которого украли жезл и выдали вместо него половник (Гюнтер настоял, чтобы капитан помогал с раздачей еды).

— В третий сектор! — рявкнул он, вытирая пот со лба. — И скажи им, чтобы не тратили воду зря! У нас регенераторы не резиновые! Мы не благотворительный фонд, мы… тьфу ты, мы честные перевозчики на грани банкротства!

Он ворчал, но я видел, как он лично отдал свой запасной матрас женщине с ребёнком. Старый скряга с золотым сердцем.

— Влад! — голос Киры прорезал шум. Она махала мне рукой из дальнего угла ангара, где мы сложили трофейный груз, экспроприированный у работорговцев. — Иди сюда! Ты должен это видеть!

В её голосе звучало то самое опасное любопытство, которое обычно предшествует взрыву или короткому замыканию.

Я поставил ящик и направился к ней, лавируя между тюками и людьми.

— Что там? Нашла золото? Или бомбу?

— Лучше, — глаза Киры сияли. Она стояла перед небольшим, но массивным контейнером из чёрной стали.

На боку контейнера красовался жёлтый треугольник с молнией и надпись:

«ОПАСНО! ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПАРАЗИТ КЛАССА 4. НЕ ОТКРЫВАТЬ БЕЗ ЗАЗЕМЛЕНИЯ».

— Кира, — я медленно выдохнул. — Ты видишь слово «Опасно»? Оно там не для красоты написано.

— Да брось, — отмахнулась она, уже ковыряясь в замке электронной отмычкой. — Работорговцы вечно преувеличивают, чтобы набить цену. Смотри, там даже вентиляция есть. Если бы там было что-то смертельное, его бы держали в стазисе. А тут…

Замок пискнул и с щелчком открылся. Крышка с шипением поползла вверх. Я положил руку на кобуру бластера.

«Будь готов, — шепнул Вазар.— Сканеры фиксируют биологическую активность. И высокий статический заряд».

Мы заглянули внутрь. На дне контейнера, среди обрывков изоляции, сидел… комок.

Это было существо размером с крупную кошку или небольшую собаку. Оно было покрыто густым, дымчато-серым мехом, который слегка топорщился. У него было шесть коротких лапок с цепкими пальчиками, длинный пушистый хвост и огромные, просто гигантские уши-локаторы.

Но самыми выразительными были глаза. Два огромных, фиолетовых блюдца, в которых плескался космос.

Существо моргнуло, посмотрело на нас и издало звук:

Пррр-цвырк?

— Ой, мамочки! — Кира расплылась в улыбке, мгновенно забыв про технику безопасности. — Ты посмотри, какой он милый! Влад, это же прелесть!

— Это паразит класса четыре, — напомнил я, но рука с бластера сползла. Выглядел зверь действительно безобидно. Как игрушка, которую забыли в розетке.

— Какой он паразит? Он просто малыш! — Кира протянула руку, чтобы погладить зверька.