— Не пытайтесь меня отвлечь! — она попятилась. — Я чувствую! Я ЗНАЮ! От него могилой несет! Холодом! Смертью!

Вообще-то от него пахнет формалином, которым я его обработал, и моим одеколоном, которым обрызгал сверху. Но у старушки обострилась паранойя. Или интуиция — с пожилыми людьми сложно понять, где заканчивается одно и начинается другое.

— Это мой коллега, — попытался я соврать. — У него редкая болезнь — каталепсия. Патологическое состояние, характеризующееся ослаблением или полным отсутствием произвольных движений. Приступы оцепенения случаются внезапно. Совершенно не заразно, не беспокойтесь.

— ВРЕТЕ! — заорала она на весь подъезд. — Все вы врете! Я не дура! Мне семьдесят три года, я войну пережила, перестройку, дефолт! Я мертвеца от живого отличу!

Вольдемар пошевелился — медленно, механически повернул голову к ней. Шейные позвонки хрустнули, как сухие ветки.

— Могу решить проблему, повелитель, — сказал он тем же тоном, каким обычно предлагают чай. — Быстро и тихо. Шею сверну. Или придушу подушкой. Или столкну с лестницы. Пожилые люди часто падают.

— НЕТ! — рявкнул я так резко, что сам вздрогнул от собственного голоса.

Потом тише, чтобы бабка не услышала детали:

— Мы не трогаем мирных граждан. Даже вредных. Даже очень вредных. Это принцип. Железное правило. Нарушишь — упокою обратно.

— Как прикажете, повелитель. Но она угроза. Донесет в инквизицию.

— Пусть доносит. У нее репутация городской сумасшедшей. Ей никто не поверит.

Зинаида Петровна тем временем отступила к лестнице, вцепилась в перила:

— Я все знаю про вас, доктор Пирогов! Вы НЕКРОМАНТ! Злодей! Поднимаете мертвецов! У вас дома скелет ходячий живет! Я видела в окно! И эта ящерица костяная! И призрак по квартире летает!

Черт. А старушка наблюдательная. Надо было плотнее шторы задергивать.

— Я напишу в инквизицию! — продолжала она. — В полицию! В управу района! В администрацию Императора! В ООН! В Гаагский трибунал! Вас сожгут на костре! Четвертуют! Повесят! Утопят!

— Одновременно? — не удержался я от сарказма.

— НЕ УМНИЧАЙТЕ! Я серьезно! У меня племянник в охранке работает! Дальний, но все же! И сосед с третьего этажа — бывший следователь! И подруга в поликлинике знает главврача!

Козыри у нее не прекращались.

Двери лифта начали закрываться. Зинаида Петровна в последний момент просунула голову:

— Я вас не оставлю! Найду! Выведу на чистую воду! Спасу город от некроманта!

Двери закрылись. Лифт поехал вниз.

— Проблема, — констатировал Вольдемар.

— Не проблема, а мелкая неприятность. Старые люди часто фантазируют. Инквизиция получает тысячи доносов от параноиков. Максимум — пришлют участкового проверить, а я его за пять минут смогу убедить, что все в порядке. Это при условии, что мы вообще увидимся. К тому же вы здесь больше жить не будете.