Глубокий вдох. Активация некромантического зрения. Мир стал черно-белым. Конструкт выглядел как пустой сосуд — идеальная форма без содержания, без искры жизни.
Начал читать заклинание на древнем языке некромантов:
— Разрываю оковы смерти… — мой голос стал низким, резонирующим. — Я господин смерти и жизни… Холодное тело, услышь мой голос… Восстань из вечного сна…
И начал вливать энергию из Сосуда Живы. Золотистые нити потекли из моих ладоней в мертвое тело. Десять процентов ушли мгновенно, словно конструкт был иссохшей губкой, жадно впитывающей воду.
Одиннадцать процентов… Пальцы конструкта дернулись. Мелкая моторика отреагировала первой.
Двенадцать процентов… Веки затрепетали, как крылья бабочки. Грудная клетка чуть приподнялась в попытке вдохнуть.
— Получается! — восхищенно прошептал Мёртвый. — Смотрите, он двигается!
— ТИХО! — рявкнул я, не прерывая поток энергии. — Еще слово — и ритуал сорвется!
Тринадцать процентов… Губы конструкта приоткрылись. Послышался хрип — первая попытка втянуть воздух в легкие, не работавшие месяцами.
Четырнадцать процентов… Все мои запасы уходили в это тело.
Что-то не так. Он потребляет слишком много энергии. Обычный труп оживает на десяти процентах. Этот сжирает втрое больше и все еще не встает. Словно энергия уходит в никуда.
Вскоре сосуд почти опустел. Осталось жалкие десять процентов — критический минимум для моего выживания.
И тут я понял проблему. Энергия не задерживалась в его теле! Она проходила сквозь него, как вода сквозь решето, и рассеивалась в пространстве.
Я резко прервал ритуал, отдернул руки. Свечи погасли одновременно, словно их задуло невидимым ветром.
Воцарилась могильная тишина.
Конструкт лежал неподвижно. Мертвый, как и был. Никаких признаков оживления, кроме чуть приоткрытых губ.
— Не получилось, — выдохнул я, чувствуя опустошение. Не только энергетическое, но и моральное.
— Как это «не получилось»⁈ — Мёртвый бросился к столу, начал трясти конструкт за плечи. — Он же шевелился! Дышал! Я видел!
— Рефлекторные сокращения мышц, — устало объяснил я, опускаясь на ящик в углу. — Остаточная реакция на некромантическую энергию. Это не оживление, а имитация. Как лягушачья лапка дергается от электричества.
— Но почему⁈ Что пошло не так⁈ Вы же все правильно делали!
— Все потому, что при составлении этого конструкта была допущена одна маленькая, но крайне грубая ошибка…
Глава 4
Всеволод Мёртвый бросился к столу, где лежал его шедевр — двухметровый конструкт, кропотливо собранный из лучших частей.
— Нет, нет, НЕТ! — его голос срывался на истерический визг, эхом отражаясь от бетонных стен. — Это невозможно! Ты должен ожить! ДОЛЖЕН!